Национальные страсти: что думают "звезды" о квотировании музыки в Украине

18,2 т.
Национальные страсти: что думают 'звезды' о квотировании музыки в Украине

Вступивший в силу закон о квотировании украинской песни вызвал огромное количество споров как в обществе, так и в профессиональной музыкальной тусовке. Страсти не умолкают до сих пор.

"Обозреватель" подвел итоги первой декады работы закона и расспросил звезд об их отношении к квотам.

На манеже все те же

Согласно закону, 25% радиоэфиров должно быть наполнено контентом на украинском языке. И это требование радиостанции стараются выполнять, по словам члена Национального совета по вопросам телевидения и радиовещания Сергея Костинского."Вопрос даже не в штрафах, а в предупреждениях. Наши лицензиаты побаиваются их, потому что, имея два предупреждения, станция рискует остаться без продления лицензии", — отметил он.

Видео дня

Однако есть станции, которые подошли к вопросу формально: вместо украиноязычных хитов наполняют программное время синглами отечественных исполнителей, неважно на каком языке. Есть и такие, которые режут песни на кусочки длительностью около двух минут, создавая попурри. При этом количество песен соответствует требованию закона — песней считается музыкальное произведение, которое звучит не менее 90 секунд. А то, что куплет обрывается посередине, похоже, никого не волнует, кроме слушателей.

Святослав Вакарчук

Новых лиц в эфире пока не появилось, на манеже все те же. Лидер группы "Океан Эльзы" Святослав Вакарчук через СМИ обратился к радийщикам с просьбой ставить в эфиры хиты его коллектива не так часто.

"У мене викликає подив: навіщо деякі власники радіостанцій ставлять кожні 10-15 хвилин музику мого гурту "Океан Ельзи", ніби показуючи цим, що у нас немає іншої музики. Таким чином вони, по-перше, дратують слухачів, адже ніхто не хоче слухати одну й ту саму групу кожні десять хвилин, по-друге ж, висміюють ініціативу щодо квот на україномовну музику в цілому, — отметил исполнитель.

Наших песен хватит на всех

Тина Кароль заявила, что она радуется принятию такой необходимой украинскому шоу-бизнесу законодательной инициативы. Но по словам артистки, для нее главное, чтобы внедрение закона было постепенным. Ведь только так можно безболезненно прийти к увеличению объема государственного языка в музыкальном, развлекательном и общественном пространстве.

"Теперь у каждого будет время измениться", — сказала Кароль.

Отметим, что в дискографии певицы значительно преобладают синглы на русском языке, однако в 2016 году она выпустила украиноязычный альбом "Колядки" и сингл "Твої гріхи".

Поддержала закон о квотах и Анастасия Приходько, которую вполне можно назвать живым воплощением симбиоза русскоязычного и украинского шоу-бизнеса. На Евровидении в 2009 Настя представляла Россию, однако еще до старта национального отбора заявила: для нее принципиально важно петь и на родном, украинском, языке.

Не удивительно, что артистку радует тот факт, что сегодня украинских песен в радиоэфирах становится все больше.

"Я за квоти, тому що це правильно, так повинно бути. Я вважаю, що закон піде на користь молодим виконавцям, бо тих, які зараз співають, не вистачить. Я хочу чути нову цікаву українську музику. Не можу сказати, скільки її має бути у відсотках, але вона взагалі повинна бути. Треба, щоб лунала українська пісня звідусіль. Пам’ятаймо, що ми живемо в Україні і мова наша — українська! Однак я вважаю, що починати підтримувати українську пісню потрібно було вже давно, не варто було все доводити до необхідності приймати квоти", — прокомментировала Приходько.

Тоня Матвиенко выступила в поддержку квот еще весной и от своей позиции не отступилась.

"Моя думка очевидна — я щаслива від того, що на радіостанціях з’явиться більше україномовних пісень. За 25 років Незалежності України написано і проспівано чимало… Зараз ми маємо шанс згадати найкраще і творити нове. Ми переживаємо непрості часи для українського народу, а українська пісня — це є основа національної свідомості. У нас є хіти. Є український формат. Наших пісень вистачить на всіх", — считает Тоня Матвиенко.

Руслана, принесшая Украине победу на "Евровидении" в 2004 году, тоже за квоты, однако за их "мягкий вариант".

Я за "м’які" квоти. Тобто за квоти, які не руйнуватимуть нішеві "незахищені" формати, як наприклад класика, джаз, специфічні клубні та лаунжеві, класичний рок та поп типу "gold, oldies", "world music" і тому подібні. Для станцій, які намагались орієнтуватись саме на таку музику – "жорсткі" квоти, тобто стільки-то відсотків і ні на йоту менше – це смертний вирок. Найближчим часом вони україномовного матеріалу в потрібній кількості не знайдуть і будуть плавно дрейфувати туди, де є в необхідній кількості україномовна музика. Від цього музична палітра звичайно збідніє.

Мінімальною межею, нижче якої україномовна музика просто зникає в ефірі, це є 25 відсотків, тобто не менше чверті. Це "м’яка" квота в моєму розумінні. І на сьогодні вона компромісно досягається введенням закону в дію. Першим його етапом. А має бути більше, значно більше, Але це має регулюватися не квотами, а виключно якістю, конкурентоспроможністю, хітовістю, актуальністю.

А такі формати, як Шансон, Русское радіо і їм подібні, що тримаються на російськомовному контенті, вони потребують не просто квот, а власне санкцій на продукт, який складає небезпеку для культурного і мовного середовища України. Кобзони, Газманови, інша "путінська челядь" має "прислужувати" у себе "на вотчині", і бути вичищена з нашого культурного простору – бо це вже не музика і не культура, це інструмент пропаганди і агресії.

В довготривалій перспективі, звичайно, ніякі квоти нічого не вирішать, якщо в українську музику, пісню, культурний розвиток, мовне середовище, ідентичність не почнуть вкладатись кошти, ресурси, не з’являться преференції, підтримка, не складатимуться стратегії і плани. Все це набагато сильніше і глибше.

Я та ряд моїх колег і партнерів виступили з ініціативою створити всеукраїнську комерційну фм-мережу "Радіо1.UA". Вона не буде дотаційною, а значить, не буде залежною. Мережа, що сповідуватиме лагідну реукраїнізацію – пісні, новини, реклама, програми, все наповнення – виключно українською мовою. Але головна мета – це розширення цього формату на позарадійний мовний простір! Ось ця лагідна реукраїнізація нашого культурного і мовного простору, це те, що нам вкрай необхідно, щоб захистити себе від зовнішньої агресії.

Реукраїнізація, тобто повернення до витоків, до коріння, до автентики тої землі, де ти живеш, це – єдино правильний шлях, це неможливо знищити і неможливо силою нав’язати. Це як жива вода, яка, проливаючись на рідну землю, живить давнє коріння і молоде зерно. І з того ґрунту проростає культура, що рясно родить на своїй власній землі", - уверена Руслана.

Квоты – естественная реакция на войну

Продюсер Александр Ягольник тоже поддержал закон, добавив, что вообще не понимает, почему Украина должна квотировать именно украинские песни, а не музыкальный продукт, произведенный в других странах.

"Квоты — это естественная реакция прогрессивной части общества на войну и российскую агрессию. Это факт признания того, что московское воздействие культурой на морально-волевой дух поющей украинской нации — колоссально, и с этим нужно бороться. Я считаю честным разделение эфиров 50/50. Любые разговоры программных директоров о некачественности украинского продукта или его отсутствии разбиваются хотя бы о цифры культурного наследия нашей нации в библиотеке народных песен ЮНЕСКО, где мы занимаем первое место и вдвое опережаем итальянцев, которые на втором. Пора заканчивать совдеповское дискриминационное отношение к украинскому культурному наследию. Я однозначно за то, что свой рынок нужно поддерживать, особенно учитывая, что Украина еще не приняла двух своих основных законов шоу-бизнеса — об авторском праве и о спонсорстве и меценатстве", — прокомментировал продюсер.

Эффект уже есть или скоро будет

Доволен принятым законом и считает, что он уже приносит свои плоды, лидер группы "Тартак" Сашко Положинский, который еще в 2001 году просил "Прокрутіть цю пісню по радіо" (цитата из песни "100% плагіат").

"Ми живемо в період змін, і введення квот — позитивний фактор. Інше питання — як цей закон контролюється і виконується. Якби він був прийнятий 25 років тому, зараз ми мали б іншу ситуацію з українською музикою. Я радіо слухаю мало, і в моїй машині приймач ловить не всі станції, але по відгуках в Facebook я бачу, що мене особисто стали крутити більше. І якщо крутять мене, а я вважаю, що мої пісні не найгірші, то я задоволений", — рассказал Положинский.

Лидер "Mad Heads" Вадим Красноокий еще 31 мая 2016 года спел под стенами Верховной Рады свой жизнеутверждающий хит "Надія є" в поддержку закона о квотировании, который тогда, по слухам, часть нардепов планировала саботировать.

"С момента вступления закона в силу радиостанции стараются его выполнять. Но, конечно, моментальных результатов ждать не нужно. Эффект от этого закона, если он и дальше будет выполняться, станет заметен через несколько лет", — убежден Вадим Красноокий.

Украинские синглы раскручивать сложнее, но они того стоят

В семье Софии Ротару явно намечается межнациональный раскол. Пока внучка известной артистки тусуется в компании российского бомонда в Москве, племянница исполнительницы наотрез отказывается сотрудничать с РФ — певица Соня Кей отвергла предложение российских медиамагнатов.

"С нами связались российские продюсеры и попросили перепеть песню "Знаю, я твоя" на русском, прозрачно намекнув, что усилят наши позиции по ротациям в том числе и в Украине. Но мы еще задолго до принятия закона о квотах решили никогда не петь на русском языке. Раскручивать украинские синглы в Украине — куда сложнее, и это знают все. Но мы хотим доказать, что национальная песня может иметь современный качественный саунд и успешно конкурировать на рынке с международными хитами", — отметил продюсер Сони Кей Владимир Мынка.

Особое мнение

Флагман отечественного шоу-бизнеса Ирина Билык, которая еще в 90-х без всяких квот стала один за другим выпускать украиноязычные хиты, с сомнением отнеслась к принятому закону.

"Сейчас многие композиторы кинулись писать песни на украинском языке, чтобы они попали в радиоэфиры. Я долго думала об этом. Люди и пережитые чувства — вот главный критерий! Плохие треки никогда не попадут в топ. Только гениальные синглы станут любимыми. Поэтому как бы артисты ни пытались подогнать свое творчество под политические волнения, у них не выйдет заполучить любовь и преданность слушателя", — отметила Ирина Билык.

Как в других странах?

Украинский певец с белорусскими корнями Евгений Литвинкович рассказал, что в Беларуси предпочтение в ротации отдается национальным исполнителям:

"У нас два государственных языка — русский и белорусский, но на радиостанциях крутят белорусских исполнителей", — рассказал артист.

А вот в США, на музыкальный рынок которой равняется едва ли не весь мир, ситуация иная. Закона о квотах там нет, как и предпосылок для его принятия.

"В Америке нет обязательных ротаций по квотам, в США все решает бизнес, рейтинги, тут много национальных станций: испано-, русско-, польско-, украиноязычных, — комментирует Сергей Шахов, радиоведущий, основатель американского радиовещательного холдинга Shakhov Enterprises Holdings. — Англоязычные слушатели чаще всего включают радио в машине, и американские радиостанции могут весь день крутить 20 главных хитов. То есть ты едешь в авто и слушаешь любимые песни, отлучаешься по делам, а когда снова отправляешься в дорогу — опять слушаешь свои любимые композиции. При этом станции не забывают про авторское право, и этот закон очень силен. Отчетность жесткая, но в итоге все авторы и исполнители получают свои роялти".