Война не в Украине, а в Европе, мир это понял только в 2022-ом? Полный текст речи Зеленского в Мюнхене

10 минут
20,2 т.
Война не в Украине, а в Европе, мир это понял только в 2022-ом? Полный текст речи Зеленского в Мюнхене

Украинский президент Владимир Зеленский выступил на Мюнхенской конференции по безопасности, событии, которое является основной площадкой для обсуждения угроз и вызовов, стоящих перед континентом. Глава государства заявил, что Украина готова вести переговоры во всех возможных форматах для установления мира на Донбассе и инициировал саммит стран-участниц Будапештского меморандума, предусматривавший его отказ от ядерного оружия.

Видео дня

Конференция состоялась 19 февраля. Выступление украинского лидера началось с громких аплодисментов. "Я думаю, что аплодисменты не для меня, а для украинских солдат", – сказал Зеленский (чтобы посмотреть видео, докройте до конца страницы).

OBOZREVATEL приводит полный текст речи украинского президента.

Украина хочет мира. Европа хочет мира. Мир говорит, что не хочет воевать, а Россия не хочет нападать. Кто-то из нас лжет. Это – еще не аксиома, но уже – не гипотеза.

Дамы и господа! Два дня назад я был на Донбассе, на линии разграничения. Юридически – между Украиной и временно оккупированными территориями. Фактически – разграничение между миром и войной. Где с одной стороны детский садик, а с другой – попадающий в него снаряд. С одной стороны школа, с другой – снаряд, прилетающий на школьный двор. А рядом 30 идущих детей, нет – не в НАТО, а на уроки, в школу.

У кого-то – физика. Зная ее элементарные законы, даже дети понимают насколько бессмысленно звучат заявления о том, что обстрелы ведутся со стороны Украины. У кого-то математика. Дети без калькулятора могут посчитать разницу: между количеством обстрелов в эти три дня и упоминаниями об Украине в MunichSecurityReport.

Владимир Зеленский

А у кого – история. И когда на школьном дворе появляется воронка от бомбы, у детей возникает вопрос: неужели мир забыл свои ошибки ХХ века? К чему приводят попытки умиротворения? Как вопрос "Зачем умирать за Данциг?" обернулся необходимостью умирать за Дюнкерк и за десятки других городов Европы и мира. Ценой в десятки миллионов жизней.

Это ужасные уроки истории. Я только хочу убедиться, что мы читали с вами одни и те же книги, а следовательно одинаково понимаем ответ на главный вопрос: как так случилось, что в 21 веке в Европе снова идет война и гибнут люди? Почему она длится дольше, чем Вторая Мировая? Как мы дошли до самого большого кризиса безопасности со времен холодной войны?

Для меня, президента страны, потерявшей часть территории, тысячи людей и у границ которой сейчас стоит 150 тысяч российских военных, техника и тяжелое вооружение, так вот, для меня – ответ очевиден. Архитектура мировой безопасности хрупкая, требует обновления. Правила, которые мир согласовал десятки лет назад, – больше не работают, не успевают за новыми угрозами, не действенны для их преодоления. Это сироп от кашля, когда требуется вакцина от коронавируса.

Система безопасности медленная. Еще раз дает сбой. Из-за эгоизма, самоуверенности, безответственности государств на глобальном уровне. Как следствие преступления одних и безразличие других. Равнодушие, которое делает соучастником. Символично, что я говорю об этом именно здесь. 15 лет назад именно здесь Россия заявила о намерении оставить вызов глобальной безопасности. Чем ответил мир? Умиротворением. Результат? По меньшей мере, аннексия Крыма и агрессия против моего государства.

ООН, защищающая мир и мировую безопасность, не может защитить себя. Когда нарушается ее Устав, когда один из членов Совбеза ООН аннексирует территорию одной из основательниц ООН. Крымскую же платформу – формат, цель которого деоккупация Крыма мирным путем и защита прав крымчан, сама ООН игнорирует.

Три года назад, именно здесь, Ангела Меркель сказала: "Кто подберет обломки мирового порядка? Только все мы вместе!" Аудитория аплодировала стоя. Но, к сожалению, коллективные овации не переросли в коллективные действия. И сейчас, когда мир говорит об угрозе великой войны, возникает вопрос: а осталось ли что подбирать? Архитектура безопасности в Европе и мире почти разрушена. Поздно думать о ремонте, пора строить новую систему.

Владимир Зеленский

Человечество делало это дважды, уплатив слишком высокую цену – две мировые войны. У нас есть шанс взломать эту тенденцию, пока она не стала закономерностью. И начать строительство новой системы ДО миллионов жертв, имея давние уроки Первой и Второй мировой войны, а не собственный опыт возможной третьей.

Я говорил об этом здесь и на трибуне ООН – в 21 веке больше нет чужой войны. Что аннексия Крыма и война на Донбассе – это удар по миру. И это не война в Украине, а война в Европе, говорил на саммитах и форумах. В 2019-м, в 2020-м, в 2021-м. Неужели мир наконец-то услышал в 2022-м?

Это уже не гипотеза, но еще не аксиома. Почему? Требуются доказательства. Более весомые, чем слова в твиттере или заявления в СМИ. Требуются действия. Именно миру, а не нам.

Мы будем защищать свою землю. Имея поддержку партнеров или нет. Предоставляют нам сотни единиц современного оружия или 5 тысяч шлемов. Мы ценим любую помощь, но все должны понимать: это не благотворительные взносы, которые Украина должна просить или напоминать. Не благородные жесты, за которые Украина должна низко кланяться. Это ваш вклад в безопасность Европы и мира, где Украина 8 лет является щитом и 8 лет сдерживает одну из самых больших армий мира, стоящую вдоль наших границ, а не кордном ЕС. И грады летели в Мариуполь, а не в европейские города. И после боев почти полгода разрушен аэропорт в Донецке, а не во Франкфурте. И всегда горячо на Авдеевской промке, а не на Монмартре. И ни одна страна Европы не знает, что такое военные захоронения каждый день во всех регионах. А ни один европейский лидер – что такое регулярные встречи с семьями погибших.

Как бы там ни было, мы будем защищать свою землю – стоящей у нас на границе 50 тысяч, 150 или миллион солдат любой армии. Чтобы действительно помочь Украине, не нужно говорить сколько их. Нужно сказать, сколько НАС.

Чтобы действительно помочь Украине, не нужно постоянно говорить о датах вероятного вторжения. Мы будем защищать свою землю и 16 февраля, и 1 марта, и 31 декабря. Нам гораздо больше нужны другие даты, и все прекрасно понимают какие.

Завтра в Украине День Героев Небесной Сотни. 8 лет назад украинцы сделали свой выбор, многие отдали за него жизнь. Неужели 8 лет спустя Украина должна постоянно призывать к признанию Европейской перспективы? С 2014 года РФ убеждает, что мы выбрали ложный путь, что в Европе нас никто не ждет. Разве не Европа должна постоянно говорить и обосновывать действиями, что это неправда. Разве не ЕС должен сегодня сказать: наши граждане положительно относятся к вступлению Украины в Союз. Почему мы избегаем этого вопроса? Разве Украина не заслуживает прямых честных ответов?

То же самое касается и НАТО. Нам говорят: дверь открыта. Но пока посторонним вход запрещен. Если не все члены НАТО хотят видеть нас или все члены Североатлантического союза не хотят видеть нас, скажите честно. Открытая дверь это хорошо, но нам нужны открытые ответы, а не годами не закрытые вопросы. Разве право на правду не входит в наши расширенные возможности? Лучшее время для нее – ближайший саммит в Мадриде.

Зеленский в Мюнхене

РФ заявляет, что Украина стремится к вступлению в Альянс, чтобы вернуть Крым силовым путем. Радует, что слова "вернуть Крым" появляются в их риторике. Но они рассеянно читали статью 5 устава НАТО: коллективные действия предусмотрены для защиты, а не нападения. Крым и оккупированные районы Донбасса обязательно вернутся в Украину, но только мирным путем.

Украина последовательно выполняет Минские и Нормандские договоренности. Их основа безоговорочное признание территориальной целостности и независимости Украины. Мы стремимся к дипломатическому урегулированию российско-украинского вооруженного конфликта. Замечу исключительно на основе международного права. Что реально происходит в мирном процессе? Два года назад с президентами Франции, РФ и канцлером Германии мы договорились о полномасштабном прекращении огня. Украина придерживается его, несмотря на постоянные провокации с другой стороны. Мы постоянно вносим новые предложения в рамках Н-4 и ТКГ. Что мы видим на встрече? Снаряды и шары. Наши бойцы и мирные граждане гибнут и получают ранения, разрушается гражданская инфраструктура.

Особенно показательны последние 2 дня. Массированные обстрелы из оружия, запрещенного Минским соглашением. Допуск ОБСЕ на временно оккупированные территории Украины ограничен. Им угрожают. Их запугивают. Заблокированы все гуманитарные вопросы.

Еще два года назад я подписал закон о безусловном допуске представителей гуманитарных организаций к содержимым. Но на временно оккупированных территориях их не пускают. После двух обменов пленными РФ заблокировала процесс, хотя Украина передавала согласованные списки. Бесчеловечные пытки и пытки в печально известной тюрьме "Изоляция" в Донецке стали символом нарушения прав человека.

Открытые нами в ноябре 2020 года два новых КПВВ в Луганской области так и не заработали – и здесь видим откровенную обструкцию под надуманными предлогами Украина делает все возможное, чтобы сдвинуть обсуждение и политические вопросы. Полтора года в ТКГ лежат наши драфты законов об особенностях местного самоуправления и недопущении преследования лиц в связи с событиями в ОРДЛО. Украина требует немедленного разблокирования переговорного процесса. В том числе и в рамках Нормандского формата.

Вместе с тем, это не означает, что поиски мира ограничены исключительно ими. Мы готовы искать ключ к окончанию войны во всех возможных форматах и площадках. Париж, Берлин, Минск, Стамбул, Женева, Брюссель, Нью-Йорк или Пекин – мне неважно, в какой точке мира договариваться о мире в Украине. Неважно с участием четырех стран, семи или ста, главное, чтобы среди них были Украина и Россия. Что действительно важно – это понимание, что мир нужен не только нам, мир в Украине нужен миру. Мир и восстановление целостности в международно признанных границах. И только так.

И надеюсь, никто не думает об Украине как удобном и вечном буфере между Западом и РФ, о новом Мюнхене 2.0. Этого не будет, этого никто не допустит. Иначе – кто следующий? Государства НАТО вынуждены будут защищать друг друга? Хочется верить, что Североатлантический договор и статья 5 будут действеннее Будапештского меморандума.

За отказ от третьего в мире ядерного потенциала Украина получила гарантии безопасности. Того оружия у нас нет. Как и сохранности. Нет и части территории, которая по площади больше чем Швейцария, Нидерланды или Бельгия. А главное – нет миллионов наших граждан. Всего этого нет. Так что кое-что есть. Это право. Право требовать перейти от политики умиротворения в обеспечение гарантий безопасности и мира.

С 2014 года Украина трижды пыталась созвать консультации государств-гарантов Будапештского меморандума. Трижды безуспешно. Сегодня Украина сделает это в четвертый раз. Я как президент впервые, но и Украина, и я делаем это в последнее. Я инициирую проведение консультаций в рамках Будапештского меморандума. Созвать их поручено министру иностранных дел.

Если они снова не состоятся или по их результатам не будет конкретных решений по обеспечению безопасности нашего государства, у Украины будет полное право считать, что Будапештский меморандум не работает и все пакетные решения 1994 года были подвергнуты сомнению.

Также я предлагаю в ближайшие недели созвать саммит государств – постоянных членов Совета Безопасности ООН с участием Украины, Германии и Турции. В целях решения вызовов безопасности в Европе. И наработка новых, действенных гарантий безопасности для Украины. Гарантий сегодня, пока мы не являемся членом оборонного альянса. И, фактически, находимся в серой зоне – в вакууме безопасности.

Что еще мы можем сделать сейчас? Продолжить действенно поддерживать Украину и ее обороноспособность. Предоставление четкой европейской перспективы, имеющихся для стран-кандидатов инструментов поддержки, четких и обозримых временных рамок вступления в Альянс. Поддержать трансформации в нашей стране, создать для Украины Фонд устойчивости и восстановления и программу ленд-лиза поставок новейших вооружений, техники и оборудования для нашей армии. Выработать эффективный пакет превентивных санкций для сдерживания РФ, обеспечить энергетическую безопасность Украины, обеспечить ее интеграцию в энергетический рынок ЕС, когда Норд Стрим-2 используется как оружие.

Все эти вопросы нуждаются в ответах. И пока вместо них будет тишина – тишины не будет на фронте. На востоке Украины. То есть – в Европе. То есть – во всем мире. Надеюсь это наконец-то понимает и Европа, и целый мир.

Дамы и господа! Я благодарю всех государств, которые сегодня поддержали Украину. И словом, и декларациями, и конкретной помощью. Тем, кто сегодня на нашей стороне. На стороне правды и интернационального права. Я не называю вас поименно – не хочу, чтобы некоторым другим странам было стыдно. Но это их дело, их карма и это на их совести. Правда, не знаю, как они смогут объяснить свои действия двум убитым и трем раненым сегодня в Украине солдатам. А главное трем девочкам из Киева. Один – 10, второй – 6, третий – всего год. Сегодня они остались без отца. В 6 часов утра по Центральноевропейскому времени.

Когда украинский разведчик, капитан Антон Сидоров, погиб в результате обстрела из артиллерийского оружия, что запрещено минскими соглашениями. Я не знаю, о чем именно он подумал в последний момент своей жизни. Он точно не понимал, какая адженда нужна кому-то для встречи, чтобы закончить войну. Но он точно знает ответ на вопрос, который я озвучил сначала.

Он точно знает – кто из нас лжет? Вечная память ему. Вечная память всем погибшим сегодня и за годы войны. Вечный ад всем, кто не хочет его прекратить.

Вечная слава всем, кто сражается и продолжает бороться за мир! И свободу.

Слава Украине!

Как сообщал OBOZREVATEL, 18 февраля в началась ежегодная Мюнхенская конференция по безопасности. Выступить на ней приглашали и президента РФ Владимира Путина, но он отказался.

Сразу после своего выступления на конференции Зеленский должен вернуться в Украину. При этом в Офисе президента заверили, что ситуация на востоке страны находится под контролем.