Режим Саакашвили был жесткий и авторитарный - Мусхелишвили

Режим Саакашвили был жесткий и авторитарный - Мусхелишвили

"Обозреватель" продолжает публиковать серию интервью с известными политическими и общественными деятелями Грузии, которые поделились с нами своим видением периода правления Михеила Саакашвили, а также спрогнозировали его перспективы в украинской политике.

Первый наш собеседник – экс-министр Грузии по урегулированию конфликтов, известный режиссер-документалист, снявший сериал о жестоком диктаторском режиме Михеила Саакашвили из 15 полнометражных фильмов "Герократия" Георгий Хаиндрава. В первой части Хаиндрава рассказал, почему грузинский народ считает Саакашвили политическим шутом и преступником, во второй части режиссер поведал о так называемой команде Михо и его наркотических пристрастиях.

Следующий наш собеседник - известный грузинский политолог, директор Центра общественных исследований - Марина Мусхелишвили, которая в первой части интервью расскажет нам о том, каким был режим Саакашвили, а также поведает, почему его партия второй раз подряд проиграла выборы в Грузии, после чего раскололась.

"СААКАШВИЛИ ВЫЗВАЛ СИЛЬНЫЕ ПРОТЕСТНЫЕ ДВИЖЕНИЯ"

- Марина, хотелось бы спросить о бывшем вашем политике, а ныне нашем – о Михеиле Саакашвили. Что это за человек? Каким был его режим, почему люди более не желают его видеть у власти в Грузии?

- Спасибо за вопрос. Я, конечно, принадлежу к той части грузинского общества, которая всегда противостояла Саакашвили. Поэтому мое мнение будет скорее негативное.

Саакашвили принадлежит к типу популистских политиков; политиков, которые в первую очередь занимаются пиаром, демагогией и манипуляцией, стремящихся к единоличному волюнтаристскому правлению.

Что привело его туда, куда привело? Это его политический стиль. Тут речь не о том, что делает политик, а как он делает. Режим, который он построил в результате, был полностью основан на его личности. Режим Саакашвили был достаточно жестокий, авторитарный и недемократичный. Многие люди от этого режима пострадали. Поэтому его режим вызвал сильные протестные движения, которые, в конце концов, это режим и закончили.

Прим. авт.: Грузинский народ дважды пытался свергнуть режим Саакашвили: в 2007 году и 2011 году, но попытки не увенчались успехом. Также как и Янукович, Саакашвили противопоставил своему народу вооруженную полицию, которая жестко разгоняла протесты.

В 2007 году против политического курса, проводимого правительством Грузии и лично президентом Михаилом Саакашвили, собрались многотысячные митинги в Тбилиси (до 50 000 человек). 7 ноября полиция решила жестко разогнать митингующих. В результате, более 600 граждан пострадали. Среди избитых полицией были лидеры оппозиции, журналисты и омбудсмен Грузии.

Международная правозащитная организация Human Rights Watch заявила тогда, что грузинские власти перешли черту, когда полиция преследовала и избивала мирных демонстрантов и терроризировала журналистов. "Действия полиции 7 ноября не были законными мерами по охране правопорядка", - заключили правозащитники.

В мае 2011 года состоялись массовые волнения против режима Саакашвили. На акции протеста вышли десятки тысяч людей в Тбилиси и Батуми. Произошли многочисленные столкновения полиции с мирными участниками акций протеста. Полиция пыталась подавить восстание слезоточивым газом и резиновыми пулями. В результате множество людей пострадало, были погибшие.

"РЕЖИМ СААКАШВИЛИ БЫЛ ОСНОВАН НА ПОЛИЦЕЙСКИХ МЕТОДАХ"

- Саакашвили – это человек, которому нужны враги. Он всегда выступает на белом коне против каких-то плохих людей и на этом завоевывает популярность. Потому что, когда ты прямо обращаешься к народу как спаситель, как человек, который решит проблемы – это очень выгодная позиция в политике, в обществе, которое верит, что любая проблема имеет одно правильное решение. На самом деле, это не так.

Любая проблема имеет одно решение, которое выглядит очевидным, но в конечном итоге оказывается неправильным. Вот это – политический стиль Саакашвили, из-за которого его режим оказался основан, в основном, на полицейских методах управлениях. Авторитарный волюнтаристский метод решения вопросов. И, в конечном итоге, в грузинском обществе, я думаю, рады, что этот режим закончился. Это не только я так считаю, но и большинство населения. Сейчас бы Сааакашвили не смог вернуться в Грузию.

- Что вы думаете о политической карьере Саакашвили в Украине?

- Конечно, это большой парадокс, когда один человек является политиком в двух разных суверенных государствах. Это явление глобализации. Демократия – это представительное правление. Представительство подразумевает то, что человек, который представляет общество – является членом этого общества и не может из одного государства перейти в другое, став там репрезентативным политиком.

Это может сделать только авторитарный лидер. И даже я не знаю прецедентов в прошлом. Конечно, это новое явление. Все меняется в мире: и политические режимы, и методы демократии меняются, и все, что происходит – может быть новой тенденцией. Возврата к старым демократиям 20-го века уже нет, но, к сожалению, надо сказать, что вот эта крайняя поляризация деления на друзей и врагов, деления на хороших и плохих, черных, белых и т.д. – это в конце концов ведет к тому, что демократия кончается.

"В ПАРТИИ СААКАШВИЛИ ПРОИЗОШЕЛ РАСКОЛ"

- Мы знаем, что партия Михеила Саакашвили – "Единое национальное движение Грузии" прошла на прошлых парламентских выборах в парламент Грузии с 27 мандатами. Затем 20 депутатов, которые были ближайшими соратниками Саакашвили, покинули эту партию, создав свое политическое движение. На ваш взгляд, почему это произошло? Они решили отмежеваться от своего бывшего лидера? Или же это своего рода такая мимикрия, когда партия та же, силы руководят те же, но просто под новой вывеской?

- "Единое национальное движение Грузии", конечно, испытывает трудности в адаптации к своей роли оппозиционной партии. В первую очередь, это происходит потому, что в обществе существует две различные позиции по отношению к предыдущему режиму и к этой партии. Одна позиция состоит в том, что это было криминальное объединение, которое заслуживало того, что после того, как они потеряли власть, должна была произойти определенная оценка предыдущего режима, правовые действия в отношении лидеров, которые нарушали закон и превышали полномочия.

В принципе, чтобы развивать демократию, следовало распустить эту партию и дать возможность избирателям, которые раньше ее поддерживали, создать новые легитимные объединения, которые бы уже противостояли власти без упреков в криминальном прошлом.

И второе отношение к этой партии – то, что они в оппозиции, и народ сам решит путем выборов, но без правовых действий, как к ним относиться. Вот эта двойственность отношения еще усугублялась тем, что партией руководил неформально из-за границы Михеил Саакашвили, на что он не имел права. Потому что человек, который не является гражданином Грузии, не может участвовать в грузинской политике и руководить партией.

То есть тут раскол произошел еще и потому, что формальные и неформальные методы руководства противоречили друг другу и, соответственно, противоречили стратегии. Одна – революционная, направленная на более радикальные действия, которые, по-видимому, поддерживал Саакашвили. И более умеренное крыло партии, которое видело себя в парламенте, в более конструктивной политике, понимавшее, что у них нет перспектив вывести народ на улицу и, так сказать, свергнуть режим с улицы.

Вот по этой линии разлома, мне кажется, это все и произошло. Плюс к этому, конечно, каждая из частей партии пользовалась поддержкой соответствующего телевидения. То есть фактически два, так сказать, сегмента партии раскололись по тактическим линиям: как действовать против режима Иванишвили.

Прим. авт.: В начале января 2017 года из-за разногласий Саакашвили с однопартийцами большая часть лидеров "Единого национального движения" (ЕНД) объявила об уходе из партии. Среди покинувших партию оказались 20 из 27 вошедших в парламент от ЕНД депутатов парламента Грузии, которые сформировали новую партию "Движение за свободу – Европейская Грузия".

Вскоре читайте на Обозревателе продолжение интервью с Мусхелишвили.