Юлия Мендель – о хейте, зависти коллег и судьбе женщины в политике. Эксклюзивное интервью

6 минут
5,7 т.
Юлия Мендель – о хейте, зависти коллег и судьбе женщины в политике. Эксклюзивное интервью

3 сентября бывший пресс-секретарь действующего президента Украины Юлия Мендель празднует свой день рождения. Ей исполняется 35 лет.

И хоть Юлия Мендель уже успела написать о своей жизни в мемуарах, у нас остались к ней вопросы. В эксклюзивном интервью OBOZREVATEL она рассказывает, почему почти каждое ее публичное выступление заканчивается шквалом обсуждений, и как ей удалось стать настолько заметной персоной в украинском политическом ландшафте.

– Вы первый пресс-секретарь, который так часто дает интервью. Зачем вам это?

– Меня дискредитировали, поэтому я была вынуждена говорить.

Видео дня

– А вам не кажется, что это только увеличивало градус негатива?

– Нет. Негатив и хейт распространяли оппозиционные силы. Меня атаковали две ботофермы. Первая – пророссийская. Вторая – радикальная украинская. Но нельзя недооценивать и того позитива, который я получила после эфиров. Меня услышали журналисты, и стали относиться ко мне лучше.

Бывшая пресс-секретарь Владимира Зеленского Юлия Мендель.

– Интервью с Наташей Влащенко, по-моему, было вашим первым. И, кстати, стало очень резонансным. Вы довольны этим разговором?

– Считаю, что я достигла своей цели. Люди почему-то думают, что если тебе напишут что-то плохое в комментариях, то пиар не удался. Это неправда. Пиар – когда о тебе говорят. Я хотела раскрыться: говорить, чтобы меня услышали. Интервью помогло мне в этом.

Пиар – когда о тебе говорят.

Сейчас я открыла комментарии на Facebook. И теперь вы можете четко увидеть, что там распространяются одинаковые месседжи. Есть люди, которые хейтят меня под каждым сообщением... Не знаю, знаете ли вы, но в системе неофициальных платежей есть плата за комментарии. Мы этой схемой не пользуемся, но мне рассказывали. Люди так зарабатывают деньги – берут условные 10-20 гривен за комментарий.

Положительные комментарии Мендель пишут в "личку"

С другой стороны, мне пишут много положительных комментариев. Преимущественно в личные сообщения. Я и сама прошу этих людей – не идите на мою личную страничку в соцсетях, зачем оно вам надо? Там сидят ботофермы: украинская делает акцент на мой непрофессионализм и якобы низкие интеллектуальные способности; пророссийские пишут, что я не умею одеваться и плохо выгляжу.

Я не исключаю момента гендера. В политике девушке сложнее.

– Почему вас не приняли журналисты? Ваши ошибки часто становятся темой для обсуждения в эфире.

– Во-первых, были очень большие атаки: говорили, что я не компетентная, что мои очки на пиджаке – это трагедия. Эти абсурдные месседжи одновременно распространялись различными информационными каналами. Их задача – вызвать эмоции, морально уничтожить человека, дестабилизировать ситуацию, создать ореол ненависти. К тому же, я не исключаю момента гендера. В политике девушке сложнее.

В политике девушке сложнее, уверена Мендель.

– Вам завидуют коллеги?

– Представьте себе, что в первой пятерке на конкурсе (на место пресс-секретаря – Ред.) я сидела вместе с редакторами украинских изданий. Как они потом будут ко мне относиться? Поймите, до сих пор такой ситуации не было. Если, например, редактор одного из украинских интернет-изданий идет на мою должность, проигрывает и уже в июле начинает меня "мочить" со всех сторон, то есть уже вопрос к объективности, беспристрастности, балансу.

Редактор одного из украинских интернет-изданий идет на мою должность, проигрывает и уже в июле начинает меня "мочить"

– Как вы считаете, можно ли приглашать на пресс-конференцию президента Украины блогеров? Роман Скрыпина, например.

– Вопрос, можно ли считать блогеров журналистами, сейчас актуален и очень важен во всем мире. Я считаю Роман Скрыпина блогером, потому что журналистика как профессия всегда стремится к объективности.

Расскажу такую историю: когда я помогала международным журналистам освещать Майдан, то предложила иностранному журналисту взять украинский флаг. Сказала: "Возможно, тебе стоит стать с ним перед камерой, чтобы все видели, что ты в Украине сейчас?". Он ответил, что не имеет права, потому что таким образом покажет, что ангажирован. "Будет значительно ценнее, когда я буду объективным и покажу, что происходит в Украине", – сказал он. То есть, он учитывал даже такие нюансы.

Юлия Мендель уверена, что между журналистами и блогерами есть разница

Я еще раз подчеркну, что есть стандарты журналистики: беспристрастность, объективность и баланс. Блогеры всегда высказывают свое субъективное мнение, ставят свою эмоцию выше этих стандартов.

Я считаю, что Роман Скрыпин – это блогер.

И второй вопрос, который волнует меня больше – низкие этические стандарты. Я неоднократно сравнивала себя как пресс-секретарь с этими людьми, потому что все мы работаем в информации и не заканчиваем работу в шесть вечера или переходя на личную страницу в соцсети. Человек берет интервью, а потом заходит в Facebook и начинает описывать спикера не только ненормативной лексикой, но и вставлять в эту историю непроверенные факты, свои эмоции, неконструктивную критику. Это показывает, что журналист или блогер уже в принципе не может быть беспристрастным, объективным и сбалансированным.

– Как вы оцениваете работу нынешнего пресс-секретаря президента Украины Сергея Никифорова?

– Сейчас система отлажена. Сергею легче, хоть он этого и не понимает. Идет качественная, хорошая работа пресс-службы президента с различными медиа. В этих условиях атаки минимизировать значительно легче. К тому же, у него функции упрощены. Я думаю, что он не несет ответственность за международные медиа, за сайт, например. Сейчас эти обязанности распределены иначе.

Меня ввели широким мазком, прямо по сценарию. Стояло 150 камер вокруг!

– К нему нет такого интереса почему-то.

– Меня ввели широким мазком, прямо по сценарию. Стояло 150 камер вокруг! Нас сразу начали обвинять в том, что мы пророссийские. Когда мы поехали в Брюссель, нам удалось разбить все эти нарративы. Но меня начали уничтожать как человека, который мог с этим бороться.

Мендель говорит, что Сергею Никифорову легче, чем ей.

Сейчас Сергею проще и благодаря изменениям в команде президента (в плане коммуникации). Мне просто запрещали отвечать на запросы СМИ, давать комментарии, отвечать журналистам на телефонные звонки. Никифоров работает с руководителем, четко понимающим, что эти коммуникации должны быть налажены.

– До того, как Никифоров стал пресс-секретарем, он был телеведущим. Насколько близки эти профессии?

– Сергей демонстрирует неплохой профессионализм на этой должности, а также открытость к журналистам, а я считаю, что это – главное. Его компетентность будет только повышаться со временем. Профессия телеведущего – это не только "говорящая голова". Это специалист, умеющий работать с информацией. И это главное.

По мнению Юлии, пресс-секретарю нужно постоянно работать над собой.

Я сама проходила этот путь и все помню. Но у Сергея на вся про все было не полтора часа, как у меня, а полтора месяца. И не стоит забывать, что к нам приходило по 50-150 медиа, а не ограниченное количество, как должно быть во время локдауна. На первый брифинг Никифоров пришел уже достаточно подготовленным. А когда я заходила, то начинала с нуля, – вокруг был полный вакуум.

Вы спрашиваете, насколько близка работа телеведущего и пресс-секретаря – они близки на самом деле, потому что относятся к одной сфере. Если бы он был инженером, было бы сложно. Конечно, нужно пройти период трансформации, он должен выйти из журналистики и стать коммуникационщиком. На это нужно время, и надо работать над собой.

Напомним, ранее Мендель отправила экземпляр своей книги представителю президента РФ Дмитрию Пескову. Он, в свою очередь, намерен "обязательно ознакомиться" с ее мемуарами.

Как сообщал OBOZREVATEL :