Иностранных инвесторов пугает война в Украине — посол Латвии

11,1 т.
8
1

В новом выпуске программы "Евроинтеграторы" с Татьяной Поповой на ObozTV Юрис Пойканс – Посол Латвии в Украине, Игорь Уманский – бывший и.о. Министра финансов Украины.

- ПОПОВА: Мы говорим сегодня о финансовой и банковской системе. Абсолютно недавно сегодняшний Министр финансов Оксана Маркарова объявила о том, что будет прекращаться сотрудничество с МВФ. Что это будет последний транш, который мы должны получить, и после этого прекратим работать. Я так понимаю, что ваша страна, кажется, дважды прекращала работать с МВФ. Еще в 90-х, а позже в 2011 году. Если можно, расскажите, что это вам дало?

- ПОЙКАНС: Латвия развивалась очень стремительно с начала 90х годов. Поэтому у нас, к сожалению, с начала 90-х годов был ряд финансовых кризисов, которые были последствием крушения довольно-таки серьезных банков. В середине 90-х годов это был банк "Балтия". Наверное, самый серьезный финансовый кризис случился в 2008 году, когда фактически перестал действовать один из своего рода символов Латвии, банк "Парекс", у которого был слоган "Мы ближе, чем Швейцария". Мы фактически были в такой ситуации, когда государство решило банк спасать. И это несомненно повлекло за собой очень высокие затраты, серьезнейший спад ВВП, если я не ошибаюсь, где-то около 16-17% в то время. И, можно сказать, наша credibility в финансовых кругах была настолько низкой, что у нас не было другой возможности, как обратиться за помощью к МВФ.

А сотрудничество с МВФ всегда влечет определенные обязательства со стороны государства. Это фактически всегда урезание расходов. Можно сказать, в правительственном секторе мы потеряли где-то треть работающих, а также в МИДе. Это повлекло за собой, к сожалению, также эмиграцию очень многих латышей. Мы уже в то время были членами ЕС, что давало возможность работать в странах ЕС. Но когда у вас нет выбора, к сожалению, приходится сотрудничать с МВФ. И где-то в 2011 году мы эту программу закрыли и все кредиты оплатили.

Игорь Уманский и Юрис Пойканс в эфире программы "Евроинтеграторы"

- ПОПОВА: А как Украина себя вела в 1998г., 2008г. и сейчас при последнем кризисе?

- УМАНСЬКИЙ: Если брать по МВФ, то ситуация проста. МВФ – это кредитор последней надежды. Когда ни один кредитор не дает тебе поддержки, остается только этот. Украина в последние годы уже достаточно спокойно выходит на внешние рынки заимствования. И в продолжении, даже на сегодняшний день, сотрудничества с МВФ, как мне кажется, необходимости нет. Основная потребность была в 2008-2009 годах, когда мировой кризис накрыл, в том числе, Украину. И безусловно в 2014 - начало 2015 года, после аннексии Крыма и после оккупации определенных территорий на Донбассе, без МВФ тогда, в те периоды, безусловно, Украина сама бы не справилась.

И вопрос политики, которая проводилась, кардинально отличалась в период 2008-2009 гг. и 2014-2015 гг. Как следствие, мы видим, что в 2014 мы имели падение примерно 15% – это, в первую очередь, связано с началом военных действий, с аннексией Крыма, как следствие потери активов на этих территориях. Но в 2015 падение экономики было еще более невероятным, чем в 2014, и следствием этого стала, по-моему, ошибочная политика как раз Национального банка, в первую очередь.

- ПОПОВА: Который банкротил банки вместо того, чтобы их спасать.

- УМАНСКИЙ: Понимаете, здесь есть определенный предел и передергивание. Есть целый ряд, и это тоже правда, банков, которые не являются нормальными функционирующими банковскими учреждениями. Которые преимущественно занимались обеспечением теневых или серых схем, помывки и т.п. Безусловно, их надо было закрывать. Но в тот период речь шла не о таких банках. И на сегодняшний день они остались. Многие системные банки были ликвидированы. Примерно более чем на полтриллиона гривен было потеряно активов в экономике. И они переданы, на сегодняшний день, в Фонд гарантирования вкладов.

- ПОПОВА: А с какой целью это делалось, на твой взгляд? Из-за активов, которые были кому-то интересны?

- УМАНСКИЙ: Две вещи. Руководство Национального банка искренне было уверено в том, что такая политика правильная, и они таким образом очищают финансовый сектор. Но это никогда нельзя делать в период пика кризиса. Падение экономики, 2013 год, ВВП Украины составлял 180 млрд долларов. 2015 год – 93 млрд. То есть, вдвое за два года ВВП Украины "похудел". Мы получили, кроме аннексии Крыма, потери активов, бизнес-связей. На полмиллиарда Украинская экономика потеряла свои активы из-за того, что банки обанкротились. И они не смогли вернуть свои средства.

Даже для нужд населения, которое имело депозиты, в полной мере тех активов не хватало. И правительство из государственного бюджета, а это более 60 млрд гривен, вынуждено было предоставить Фонду гарантирования вкладов для обеспечения этих выплат. Как следствие: невероятная инфляция, прыжки на валютном рынке и тому подобное. Поэтому, по моему глубокому убеждению, подходы, которые были в 2014-2015 гг., 2008-2009 гг. и во время экономического мирового кризиса, кардинально отличались. Украина в 2014-2015 гг. повела себя совсем не в тот способ, которым, скажем, в предыдущий кризис спасал себя мир, Европа, США, другие страны, и Украина в том числе.

- ПОПОВА: А какой сейчас индекс роста ВВП в Латвии?

- ПОЙКАНС: По последним нашим прогнозам, которые были, в прошлом году – это было где-то около 3%. В этом году у нас планируется где-то 2%. Почему? Потому что вы видите на сегодняшний день развитие мировой ситуации – мы очень сильно зависим от экспорта. То есть, если в наших главных экспортных рынках (главным образом – это, конечно, Германия, страны Европейского Союза) экономика ухудшается – это сразу отражается и на приросте нашего ВВП. И то, что сегодня происходит – это в отношении США, Китая, и в целом, понятно, что это оставляет какой-то определенный отпечаток.

- ПОПОВА: Я помню, ты критиковал нашу политику по ставке рефинансирования. Мы посмотрели по миру, какая ситуация со ставкой. У нас она, возможно, не самая высокая, но точно больше 10%. В то время, как в других странах Восточной Европы – в некоторых местах 1% и менее, в некоторых – до 3%. Как это влияет на экономику?

- УМАНСКИЙ: У государства есть несколько инструментов, каким образом способствовать этому внутреннему потреблению. Государства и центральные банки заинтересованы в инвестиционном потреблении. Это возможно двумя путями – внешний инвестор и внутренний. Внешний пока осторожно смотрит на Украину, но уже заинтересован, что хорошо. Внутренний возможен только через финансовый сектор, через банковские учреждения, поскольку собственных ресурсов после кризиса 2014 года почти не осталось. Центробанки США, Китая, Европейского Союза сейчас исповедуют политику достаточно сдержанных учетных ставок для стимулирования кредитования, что является толчком для развития экономики, создания рабочих мест, инвестиционного потребления. Скажем, Польша – учетная ставка 1,5%, при инфляции примерно 2,5%.

Европейский центральный банк – ставка 0%. Венгрия – 0,8%. Но наиболее интересно: Япония – -0,1%. Минус, отрицательная учетная ставка. Швеция – -0,75%. Швейцария – также отрицательная учетная ставка. Сейчас, кстати, в Швейцарии уже коммерческие банки предоставляют ипотечные кредиты на 30 лет. Кредиты, даже не учетную ставку, со ставкой 0,5%. Потому что они стимулируют внутренний спрос. Они стимулируют развитие производства. Потому что это создание рабочих мест в строительстве и смежных отраслях. У нас, при условии, что гривна с начала года – наиболее укрепленная валюта в мире, мы имели ставку рефинансирования еще недавно 17,5%. Несколько раз ее снижали. Сейчас она на уровне 16%. То есть учетная ставка у нас больше, чем вдвое, превышает уровень инфляции на сегодня. И это является фактором сдерживания экономического роста. Это является фактором, который делает невозможным кредитование.

Национальный банк говорит, что эта политика направлена ​​на таргетирование инфляции. Но, простите, самым главным у нас все же должна быть не инфляция. Инфляция может быть инструментом. Это все же, особенно перед мировым кризисом, создание новых рабочих мест, это развитие экономики. Премьер пообещал, что за пять лет экономика Украины вырастет на 40%.

При такой монетарной и валютно-кредитной политике Национального банка это невозможно. Кстати, когда мы увидели проект бюджета на ближайшие три года, поскольку у нас сейчас среднесрочное планирование, мы увидели 2020, 2022, 2023 – в среднем рост 3-4%. Результатом является примерно 12%. То есть нет у правительства на сегодняшний день, даже при таких заявлениях премьер-министра. А ожидание инструментария растет, что, кстати, довольно странно, потому что правительство должно создавать инструменты для стимулирования этого роста, в том числе через совместную политику с Национальным банком, через изменения в фискальных подходах и тому подобное.

Игорь Уманский

- ПОПОВА: Скажите, а что сдерживает иностранных инвесторов, на Ваш взгляд? Каков вообще опыт у латвийских инвесторов в Украине?

- ПОЙКАНС: Я думаю, тут собеседник очень хорошо описал ситуацию, которая была в 2014-2015 годах. Несомненно, есть некая внешнеполитическая нестабильность, что касается особенно незавершенной войны на Донбассе. Это один из факторов. Любой инвестор все-таки, несмотря на то, что Украина – страна очень большая, будет смотреть сначала на вопросы внутриполитической, внешнеполитической стабильности. Несомненно, вопрос войны очень важен. Несмотря на все это, мне кажется, в последние годы очень многое все-таки задерживало также инвесторов. Это все-таки отсутствие ясных правил работы и всего, что касается функционирования судебной власти.

Если нет стопроцентной гарантии, что твое имущество или твои инвестиции, которые ты инвестируешь в страну, не будут конфискованы (а таких, к сожалению, случаев очень много) – несомненно, это создает негативный имидж для страны. И очень часто бизнесмены, которые хотят работать с Украиной, имеют определенный вес в своих странах – это все идет через СМИ. И плюс еще, нужно брать во внимание, учитывая то что у вас серьезнейший конфликт с Россией, это всегда подхватывают также СМИ России.

- ПОПОВА: Раздувают любой рейдерский захват, я так понимаю. И это сразу замедляет желание других инвесторов инвестировать?

- ПОЙКАНС: Несомненно. Мы живем в глобальном мире. И если смотреть на ЕС, то мы между нашими странами имеем очень тесные связи. Случай одной страны становится быстро известен также представителям других стран. Поэтому то, что мы ожидаем от нового правительства, от нового президента, что все-таки эта ситуация будет улучшаться. Потому что тут правильно собеседник отметил, правительство имеет очень амбициозные планы – прирост ВВП и т.д. Но я думаю, что без привлечения иностранных инвестиций этого будет очень трудно достигнуть.

- ПОПОВА: Скажите, а как вообще новую власть восприняли в Европе? Что думают дипломаты? Что говорят президенты, когда они выходят после встречи с Зеленским?

- ПОЙКАНС: У нас была только одна встреча с г-ном Зеленским. Но был очень хороший разговор уже у бывшего президента Латвии (у нас сейчас новый президент) – понимаете, прошло слишком мало времени. Когда избрали президентом г-на Зеленского, понятно, что был еще старый парламент. На сегодняшний день – новый парламент, где партия "Слуга народа" имеет монобольшинство. Создано правительство. Даже по латвийским рамкам очень оперативно. И в этом смысле, я думаю, есть какие-то первые результаты есть президента и команды.

Но я думаю, к концу года мы сможем сказать более конкретно. На сегодняшний день очень рано говорить, что "собрались уже – давайте результат". Мое ощущение и то, что я слышал от разных моих коллег – есть очень много ожиданий. И в этом смысле, я думаю, пока существует определенный режим тишины в отношении критики новой команды. Понятно, что к концу года уже более конкретно можно будет сказать, первые надежды оправдались или нет. На сегодняшний день все-таки слишком мало прошло времени.

Юрис Пойканс

- ПОПОВА: Вопрос к Игорю. Новые налоговые инициативы "Слуги народа" начали сейчас критиковаться предпринимателями – и изменение по ФЛП, и другие направления. Что ты можешь об этом сказать?

- УМАНСКИЙ: Их надо внимательно смотреть. Там несколько довольно крупных законопроектов.

- ПОПОВА: Ты успеваешь за этими законопроектами, кстати?

- УМАНСКИЙ: Изучаю. К сожалению, не до конца. Но это означает, что это не успевают делать и другие. Это не успевает проанализировать бизнес. Это не успевают проанализировать сами народные депутаты. Там очень много противоречий и опасных норм. Безусловно, если будет принято решение, что и эти законы будут рассматриваться в режиме ad hoc, без обсуждения, без анализа рисков – я думаю, что это довольно рискованно.

Хотя там есть много вещей, которые действительно нужны, о которых много говорилось, и которые в том числе нарабатывались. С одной стороны, я понимаю, что предприниматели не хотят фискализации. Они хотят оставаться в таком полупрозрачном мире. Для государства, для общества ни в одной стране таких условий нет, чтобы вы могли прийти в ресторан – и у вас нет фискального чека. Более того, у нас не всегда фискальные чеки есть на автозаправочной станции. В целом идея правильная как идея. Но бес всегда в мелочах. Эти мелочи необходимо разобрать, и довольно тщательно.

Потому что остается в том числе за Службой безопасности право заниматься экономическими вопросами, прокуратура остается. Одна из главных идей Службы финансовых расследований была в том, чтобы убрать от всех других структур эти полномочия. Они должны быть в одном месте. Чтобы по одному и тому же поводу предпринимателя не ходили проверять несколько учреждений. Это одно. Второе – очень такая противоречивых норма, она не только в этой части – это институт стукачества. Он вводится, и проблема в чем как раз с точки зрения рейдерства? Служба финансовых расследований, или прокуратура, или СБУ, в зависимости от статьи, может начать производство на основании анонимного обращения.

Вы представляете, какой это инструмент для нечистоплотных сотрудников, которые могут воспользоваться этим для коммерческих своих интересов, или в интересах конкурентов? Нельзя этого делать. Сейчас активно обсуждается вопрос, скажем, акциза на табачные изделия. Официальное легальное производство будет сворачиваться. Мы потеряем рабочие месте, потеряем, как следствие, экономические субъекты. Получим огромную дыру в виде черного рынка, а свято место пусто не бывает.

- ПОПОВА: И контрабанда будет, я думаю, из Беларуси, из Приднестровья.

- УМАНСКИЙ: Безусловно. Сильно поднимается рента на сегодняшний день по горнообогатительному комплексу. Спорный вопрос. Необходимо смотреть на экономические расчеты, потому что так мы можем потерять не одну даже отрасль. Можем и металлургию потерять таким образом. Но много мы слышали критики по формуле "Роттердам +". А на сегодняшний день у нас уголь, если посмотреть на финансовые показатели, скажем, "Павлоградуголь" – это будет, наверное, самый прибыльный бизнес в Украине. Но там нет ренты. Почему нет ренты? Понятно, что уголь, как и нефть, как и газ, имеют другую глубину залегания, с которой добывают, различные дебеты и тому подобное. Поэтому в мире придумана плавающая шкала и ставки по рентной плате. По углю у нас такая возможность налоговым кодексом предусмотрена, но ставок нет. Почему?

- ПОПОВА: В интересах кого-то, кто этим занимается, скорее всего.

- УМАНСКИЙ: Опять же, вопрос "Роттердам+" поднимали, но доведите его до конца. Тогда введите ренту, чтобы не было этих сверхприбылей, с одной стороны. С другой стороны, это могло бы стать источником для решения проблем государственных шахт, которые являются убыточными. Потому что людям необходимо менять профессию, их необходимо выводить из этого рынка, их надо учить, эти рабочие места надо создавать. Вот вам источник.

- ПОПОВА: А Вы успеваете анализировать новые законопроекты?

- ПОЙКАНС: На сегодняшний день у вас парламент работает такими ударными темпами. Наверное, все знают, почему это происходит. Я думаю, что не все депутаты успевают за этими законопроектами. Понятно, что президент ощущает, что у него довольно-таки высокий рейтинг.

- ПОПОВА: Он растет, кстати.

- ПОЙКАНС: Там, наверное, большую роль сыграл обмен военнопленными, который был очень большим психологическим вопросом для очень многих украинцев. Поэтому частично, мне кажется, это результат роста этого рейтинга. Это понятно, когда ты имеешь очень неоднородную группу в парламенте – 254 депутата, которые, наверное, все друг друга еще и не знают.

- ПОПОВА: Я хотела бы сказать, что у нас по медиа-бизнеса удалось один диджитал законопроект приостановить, так как цифровое сообщество достаточно активно поднялось и его сняло с рассмотрения. Так что, в принципе, это возможно.

- УМАНСКИЙ: Это возможно. Для этого необходимо, чтобы, скажем, сейчас Ассоциация налогоплательщиков внимательно посмотрела на эти инициативы, но и успела сказать свое мнение. Если они на четверг его поставят в зал на голосование, разумеется, к этому времени никакие общественные или иные организации не успеют даже озвучить свое мнение, внутри себя обсудить эти проблемные вопросы.

- ПОПОВА: Да, это занимает обычно некоторое время, а не два дня.

- УМАНСКИЙ: Но правительство и Верховную Раду можно понять. У них сейчас есть окно возможностей. Оно будет недолго, я думаю, максимум – до конца года. И у них есть шанс принимать эти законы. Но, повторюсь, здесь должен быть баланс и граница между скоростью принятия и содержанию. Потому что, к сожалению, действительно, на сегодняшний день главная проблема – никто не успевает понять содержание и проанализировать влияние его на будущее. А это влияние, особенно, если мы говорим об изменениях в налоговом законодательстве, будет иметь достаточно большой круг, кого он будет касаться. Поэтому здесь надо, как со скальпелем – решительно, но осторожно.

ЕвроинтеграторыИгорь УманскийЮрис Пойканс

Топ видео