Памяти Ильи Олейникова

1,5 т.
Памяти Ильи Олейникова

Невосполнимая потеря

Повод для написания этого текста невеселый – сегодня в 5 часов утра перестало биться сердце одного из немногих по-настоящему хороших телекомиков – Ильи Олейникова. Вот и выходит, что приходится писать посмертно о том, с кем бы с удовольствием сделал, к примеру, интервью при жизни. Но в том-то и беда – пока человек жив, все кажется, что он никуда не денется, впереди вагон времени, наши пути еще пересекутся и все будет. Но часто оказывается, что пока ты этого ждешь, судьба располагает по-своему, и пути ваши могут пересечься лишь там, где уже не нужны будут ни интервью, ни прочие "человеческие" глупости. Так, совершенно случайно, не предполагая подобного исхода, я снял телеинтервью с актрисой Нонной Терентьевой, не подозревая, что оно может оказаться последним в ее жизни. Ну, или одним из последних.

Я планировал сделать с ней целый цикл передач, записать совместный диск и так далее. Этот случай заставил в свое время задуматься о том, насколько все зыбко и текуче, особенно, человеческие планы. Но об этом говорил еще Булгаков устами Воланда на Патриарших прудах. Говорят, что Илья Львович давно болел, что в июле этого года у него нашли рак, сделали химиотерапию. Потом, буквально со съемок его забрали в больницу с диагнозом "воспаление легких". Ослабленный раком организм спровоцировал тяжелую форму заболевания. Настолько, что Илью Львовича подключили к аппарату для вентиляции легких, в результате этой борьбы за жизнь, сердце артиста не выдержало. В результате мы все понесли невосполнимую потерю, хотя бы потому, что "Городок", у истоков которого стоял Илья Олейников, был настоящей культовой юмористической передачей. Вряд ли Юрию Стоянову удастся найти адекватную замену после двадцатилетней совместной работы.

Приколы "ихнего Городка"

Илья Олейников попал в поле моего зрения в 1993, когда открылся проект "Городок". Мы тогда делали похожую по стилистике юмористическую программу "Батуалло" на харьковском коммерческом канале "Тонис", и очень ревниво следили за всеми новинками в этой области. До этого новинки нас радовали своей беспомощностью и откровенной совковостью мышления. Не помогали ни профессиональные актеры, ни техника, ни табуны сценаристов. Не помню, кто принес в студию кассету с первыми питерскими выпусками "Городка", но, посмотрев ее, мы испытали жгучую ревность и зависть – люди работали именно так, как хотелось бы работать нам. При этом, очевидно, имели гораздо лучшую материальную базу, а уж говорить об актерском уровне – просто не стоило. "Людей" звали Илья Олейников и Юрий Стоянов, мы с тех пор смотрели все, что они делали, чем-то восхищались, что-то критиковали, но, повторяю, испытывали при этом белую зависть.

Белую потому, что завидовать по-черному действительно талантливым людям – неправильно. Описывать сюжеты и приколы "нашего Городка" смысла не имеет, буквально через полгода он начал выходить на канале "Россия", который тогда еще транслировался, по крайней мере, в Харькове – точно. Потом. Сообразив, что в 90-е Стоянову и Олейникову было одному - под, другому – за сорок, и они где-то работали до этого, начали искать сведения об актерах. Оказалось, что оба – матерые волки на ниве юмора, снимались совместно в фильме "Анекдоты", вели вместе юмористическую передачу на питерском ТВ под названием "Адамово яблоко", начинали новый проект под названием "Кергуду", а Илья Олейников много лет работал в лен- и москонцерте артистом разговорного жанра. Но, конечно, именно "Городок" стал их "звездным проектом", принесшим заслуженную славу на всей постсоветской территории.

Обмен фамилиями

Илья Лейбович Клявер родился в ремесленном квартале Кишинева, в семье шорника и домохозяйки. Было это 10 июля 1947 года. Что характерно, Юрий Стоянов родился в этот же день, только позже на 10 лет. Тогда нам, юным, казалось, что 10 лет разницы – огромная пропасть и как работают столь разные по возрасту партнеры, нам было не всегда понятно. Наверное, артистизм проявлялся у Илья Клявера еще в детстве, история об этом умалчивает, но отчего-то же он поехал поступать в Московское эстрадно-цирковое училище? Более того, поступил в него, окончил и, отслужив в армии, работал - сперва несколько лет в москонцерте, а затем почти пятнадцать лет – в ленконцерте. Кстати, в качестве псевдонима Илья Львович взял девичью фамилию жены (Ирина Олейникова), а жена взяла его настоящую фамилию.

Таким образом, состоялся так называемый обмен фамилиями, так что, при издании диска "Шансон на двоих", на конверте исполнителями стояли Илья Олейников и Ирина Клявер. Кстати, музыкальная тема в семье закрыта не была, фамилию гордо понес по жизни Денис Клявер – участник группы "Чай вдвоем" и, по совместительству, сын Ильи Олейникова. Кроме того, у Ильи Львовича осталось двое внуков, вернее, внук и внучка – Тимофей и Эвелина Клявер. Кстати, о диске. Илья и Ирина записали совместный диск, который назвали "Шансон на двоих", хотя шансоном во всеобщем понимании это назвать трудно, скорее – городской романс. Говорят, Ирина Клявер в прошлом была певица, ныне же – кандидат химических наук. У Ильи Львовича же голоса, как его понимает большинство, нет. Есть прекрасная артистическая подача и душевность, которые, поверьте, стоят намного дороже, чем луженая глотка.

Как Маркс и Энгельс

Брак у Олейникова оказался вполне счастливым, хоть и третьим по счету. Впрочем, он не раз указывал на то, что предыдущие два брака были фиктивными – в те смутные времена проще всего было получить столичную прописку именно посредством брака. Так или иначе, Олейникова всегда тянуло к телевидению, но судьбоносной в этом отношении для него стала встреча с Юрием Стояновым. По легенде, это случилось на съемках фильма "Анекдоты", но факт остается фактом – с тех пор Стоянов и Олейников стали неразлучны, как Маркс и Энгельс в разумении советского школьника. Хотя в кино они снимались, как правило, порознь, причем список ролей Стоянова немного длиннее. Олейников сетовал на то, что усы мешали ему исполнять в "Городке" женские роли – все они доставались Стоянову. А брить усы было уже поздно, они давно стали непременным атрибутом, по которому Олейникова безошибочно узнавали.

Победителей не судят – их помнят

Илья Олейников был абсолютно комедийным актером. Из тех, которые, даже если появляются в эпизоде, делают этот эпизод чуть ли не центральным в фильме. Это и есть талант, помноженный на пресловутую харизму, и усиленный нестандартной внешностью (в том числе – усами). Говорят, что псевдоним Илья Клявер взял для работы в дуэте с Романом Казаковым – типа так благозвучнее, хотя, наверное, пробиться наверх в то время со сценической фамилией Клявер, было бы несколько сложнее – талант мог бы и не спасти. Так Клявер и остался на "фамилии жены" до конца жизни, впрочем, так ли это важно? Важно то, что они однажды сделали "Городок", который стал для многих и на долгие годы образцом искрометного питерского юмора. Хотя, какой питерский? Один из основателей - еврей из Кишинева, другой – болгарин из-под Одессы. Но такова участь артистов – хочешь чего-то добиться – вали в столицу! Они и свалили, наградив нас в результате "Городком" массой прекрасных ролей. А победителей не судят. Их помнят!