Блог | Главный могильник русского языка – Кремль: как 26 лет правления Путина уничтожили "русский мир"
Будьте первыми в курсе главного – подпишитесь на Новини на OBOZ.UA в Google
Когда в ответ на утверждения о сокращении ареала распространения русского языка раздаются упреки о состоянии украинского языка, стоит присмотреться к цифрам и логике естественного развития.
Динамика русского языка демонстрирует системное сокращение его глобального демографического веса. С 1980 года население планеты выросло в 1,84 раза – с 4,45 до 8,2 миллиарда человек. При этом количество людей, которые так или иначе владеют русским языком, по международным оценкам, составляет около 200 миллионов.
На первый взгляд цифра огромная. Но здесь возникает принципиальная проблема: владение языком как инструментом и родной язык – это совсем не одно и то же.
Последняя перепись населения России, проведенная в 2021 году, очень хорошо это демонстрирует. В самой России проживало около 147 миллионов человек, но русский как родной язык назвали примерно 112 миллионов.
Таким образом, миллионы людей владеют русским языком или используют его в повседневной жизни, хотя их родным языком является татарский, чеченский, башкирский, якутский, бурятский, аварский и десятки других языков народов России.
То есть даже внутри самой России значительная часть людей, которых международная статистика относит к русскоязычным, использует русский язык лишь как второй язык или язык межнационального общения. Привычка говорить на каком-либо языке из-за исторических обстоятельств или отсутствия альтернатив в публичном пространстве не делает этот язык родным.
Поэтому показатель в 200 миллионов владеющих этим языком нельзя механически использовать как численность людей, для которых русский является языком идентичности. Если применять одинаковые критерии и оценивать именно родной язык, картина становится совсем другой.
На этом фоне ситуация с украинским языком демонстрирует принципиально иную природу языкового существования.
Во время переписи 2001 года из 48,45 миллиона населения Украины родным языком назвали украинский 67,5 процента, то есть 32,58 миллиона человек. Вместе с многомиллионной украинской диаспорой за рубежом это формировало глобальное украиноязычное ядро, которое оценивалось примерно в 38 миллионов человек.
Сегодня ситуация изменилась не только в демографическом, но и в мировоззренческом плане. Согласно исследованиям Центра Разумкова, украинский язык называют родным около 78 процентов граждан, русский – лишь 6 процентов, а еще 13 процентов считают родными оба языка. Даже если разделить эту двуязычную группу пополам, украинский язык входит в категорию родного примерно для 85 процентов населения.
Крайне важно не путать родной язык с повседневной привычкой. Человек может родиться в другой стране, учиться на русском в советской школе или пользоваться им в бизнесе, но в определенный момент осознать, что его настоящий родной язык – это украинский. Родной язык – это то, на чем ты разговариваешь с детьми, что считаешь своей основной ценностью и что выбираешь для своей семьи.
Именно в этом и заключается главный разрыв между двумя языковыми моделями.
Русский язык за десятилетия советского и имперского господства приобрел огромное количество людей, которые им просто владеют. Но после распада Союза и из-за нынешней агрессивной политики эта сфера неуклонно сокращается. За пределами России она теряет статус естественной среды обитания. Украина практически полностью вышла из этого пространства, в странах Балтии русский остаётся языком меньшинств, а в Центральной Азии он всё больше уступает национальным языкам и английскому.
Украинский язык развивается по другой логике. За последние десятилетия Украина потеряла миллионы людей из-за демографического кризиса, оккупации и вынужденной миграции. На контролируемой территории сейчас проживает около 29 миллионов человек. Но доля населения, считающего украинский родным языком, резко возросла. После начала полномасштабной войны миллионы украинцев выехали за границу и создали новые украинские языковые сообщества в Польше, Германии, Чехии, Португалии, укрепив общины в Канаде и США.
Демографическое сокращение территории Украины не привело к сокращению украинского языка. Часть языкового ареала переместилась за пределы государственной границы, сохранив тот же глобальный объем в пределах от 38 до 40 миллионов носителей языка.
Главный вопрос заключается не в том, сколько людей сегодня могут понимать русский или украинский. Гораздо важнее то, какой язык люди считают своим родным, какой передают следующим поколениям и какой остается естественным фундаментом их идентичности.
Если смотреть именно на этот показатель, картина для русского языка выглядит гораздо менее оптимистично, чем популярная цифра в 200 миллионов тех, кто его просто знает. Украинский же язык, несмотря на все демографические испытания, демонстрирует противоположную тенденцию, ведь его ядро носителей не просто сохраняется, а становится глубже, осознаннее и органичнее.
И в заключение стоит добавить один фундаментальный парадокс, который подчеркивает всю абсурдность действий кремлевской власти.
Когда во время очередного выступления тот же Медведев с трибуны заявил о том, что население Украины сократилось вдвое, он поспешил отнести это к достижениям имперской политики. Но на самом деле ситуация выглядит совершенно противоположно.
Он и его окружение своими действиями сократили не столько демографический потенциал Украины, сколько ту русскоязычную часть населения, которая в свое время могла испытывать лояльность или культурно-историческую связь с Россией. Именно русскоязычные города Востока и Юга Украины больше всего пострадали от бомбардировок и разрушений, что окончательно уничтожило любые остатки симпатий к кремлевскому режиму и ускорило сознательный переход миллионов людей на украинский язык.
Парадокс заключается в том, что власть в России, правящая последние 26 лет с 2000 года, делает абсолютно все для уничтожения русского языка и его глобального ареала в мире. Радоваться здесь кремлевским функционерам нечему, ведь вместо расширения влияния они превратили собственный язык в маркер агрессии, токсичности и варварства.
Трудно сказать, является ли это банальной стратегической слепотой или непониманием базовых социолингвистических процессов. Однако факт остается фактом: именно нынешний режим в Москве стал главным могильщиком русскоязычной среды в мире, поскольку лишил ее будущего и превратил в реликт, от которого цивилизованный мир последовательно отказывается.
