В Киеве идет "охота" на квартиры одиноких стариков

Именно такая дикая история произошла с 63-летним пенсионером Дмитрием Бывалиным, проживающим в Киеве по адресу бульв. Кольцова, 11, кв. 107.

Видео дня

Холодные ночевки

— Я собрался поехать к знакомым и 4 июля 2005 года в железнодорожной кассе купил билет, — рассказывает Дмитрий Андреевич. — Когда вернулся домой, оказалось, что пропал паспорт. Его, наверное, украли в трамвае. Погостив неделю у знакомых, вернулся в Киев и написал заявление в милицию о пропаже документа, после чего мне выдали новый.

19 июля 2005 года в квартиру позвонили. Я открыл дверь. Высокий крепкий мужчина, лет под сорок, не представившись, спросил, кто продает квартиру. Я ответил, что потерял паспорт, но квартиру продавать не собираюсь. Он тут же удалился.

Через несколько месяцев в Святошинском райсуде столицы я узнал, что это был киевлянин Владислав Ильченко, руководитель юридической компании "Ильченко и партнеры". В августе 2005 года совершенно неожиданно по почте мне пришла повестка из Святошинского райсуда, в которой говорилось, что я продал свою квартиру и решается вопрос о моем принудительном выселении. Только в суде мне стало известно, что 11 июля 2005 года я продал квартиру Ильченко за 150 тыс. грн.

Суд длился 9 месяцев, и 10 мая 2006 года вынес вердикт: снять Бывалина с регистрационного учета и выселить его из квартиры. Апелляционный суд Киева 8 августа 2006 года жалобу Бывалина отклонил и оставил решение суда первой инстанции в силе, после чего ответчик обжаловал его в Верховном Суде Украины.

Далее события развивались, как в плохом детективе. 4 ноября 2006 года г-н Бывалин вышел за хлебом. Его остановил вахтер и предупредил, что какие-то люди хотят установить дверь в его квартире. Он вернулся на свой этаж и увидел, что старую дверь уже демонтировали, а вместо нее мастера устанавливают новую.

По квартире по-хозяйски расхаживал г-н Ильченко с папкой под мышкой. Он "успокоил" пенсионера, предупредив, что Бывалин пока что может проживать в его квартире, и даже не исключено, что до весны. А пока что Ильченко сдал жилплощадь в аренду. По словам Дмитрия Андреевича, вместе с ним поселились двое молодых людей, которые включали на полную громкость его телевизор, весело смеялись и периодически предлагали старику прогуляться. 8 апреля, когда он ненадолго оставил квартиру, они заперлись на ключ и категорически отказались его впускать, сославшись на указание "начальника". С этого дня он превратился в бездомного.

— Я живу на одном этаже с Бывалиным, и когда поздно вечером вышла из лифта, остолбенела, — вспоминает Анастасия Мельницкая. — Дмитрий Андреевич сидел на цементном полу и решал кроссворды. Наш дом кооперативный, и жители знали, что у Бывалина возникли какие-то проблемы, но он человек скромный, не любит рассказывать о себе, и обычно отвечал, что судится, но пока дела складываются не в его пользу.

Возмутившись, я позвонила в его квартиру, но за дверью стояла гробовая тишина. Узнала у Бывалина телефон государственного адвоката, которого ему выделили для защиты в суде, и спросила, что делать. Она посоветовала вызвать милицию.

Приехала опергруппа, но в квартире №107 дверь ей никто не открыл, и оперативники были вынуждены забрать Бывалина с собой. Ночь он провел в отделении милиции.

5 ноября вечером я возвращалась с работы и увидела картину, вызвавшую у меня шок: Дмитрий Андреевич спал возле лифта на полу, подстелив под себя клочок газеты. Я тут же рассказала о происшедшем жителям дома, и мы принесли ему старый диван и одеяло, чтобы он не простудился. С этого момента и начались треволнения, от которых я до сих пор не могу отойти.

На площадке возле лифта г-н Бывалин прожил 10 дней. Вполне возможно, что ему пришлось бы "бомжевать" и дальше, если бы жители дома не забили тревогу и не создали инициативную группу, которую возглавила г-жа Мельницкая.

Парней, живущих в квартире Бывалина, никто из жителей дома в глаза не видел — уходили они, судя по всему, очень рано, а являлись поздней ночью.

Выяснилось, что председатель кооператива Александр Рябец 2 ноября 2006 года выписал Бывалина из квартиры на основании решения Святошинского райсуда столицы, хотя не имел права делать это по нескольким причинам.

Во-первых, вердикт суда первой инстанции не вступил в законную силу, поскольку дело еще не рассмотрел Верховный Суд, во-вторых, согласно уставу кооператива, выписывать Бывалина можно было только по решению общего собрания, являющегося высшим органом управления, в-третьих, 26 октября 2006 года госисполнительная служба Святошинского района столицы приняла постановление о приостановлении принудительного выселения Дмитрия Андреевича "до решения дела по сути".

Дмитрий Бывалин, а также жители дома №11 написали соответствующие заявления о незаконных, на их взгляд, действиях Ильченко участковому инспектору, начальнику милиции Святошинского района столицы, в районную прокуратуру и в ГПУ.16 ноября в дом снова приехала опергруппа, и ей удалось побеседовать с одним из квартирантов, который показал договор аренды.

Милиция пришла к выводу, что документ нелегитимный, так как в нем не указаны паспортные данные лиц, проживающих в квартире, не назван метраж жилья, и к тому же заверен он не нотариусом, а печатью некоего субъекта предпринимательской деятельности. Потоптавшись возле злосчастной квартиры, они развели руками и уехали.

20 октября 2006 года состоялось общее собрание членов кооператива, на котором было единогласно решено вселить Бывалина в его собственную квартиру, для чего вызвать милицию. Присутствующие на собрании были ошеломлены и испуганы: у половины жильцов квартиры не приватизированы, и завтра их точно так же могут выбросить на улицу.

Очередной опергруппе удалось-таки найти выход из тупика: после настойчивых стуков в дверь молодой человек, прятавшийся за нею, позвонил в милицию, которая ему ответила, что наряд уже находится за его дверью. Зайдя в квартиру, оперативники в очередной раз изучили все документы, после чего был найден компромисс: в дверь будет вставлен замок, заранее приобретенный Бывалиным, а утром молодой человек покинет арендованную квартиру.

Слово свое он сдержал досрочно — уехал в середине ночи. Так что сегодня престарелый пенсионер пока проживает в своей квартире. Останется ли он в ней или превратится в бездомного, зависит от Верховного Суда.

Цветная фотокопия вместо оригинала

А теперь рассмотрим более подробно юридические аспекты нелепой ситуации, в которую угодил Дмитрий Бывалин. Чем же руководствовался Святошинский райсуд, решая судьбу старика? Началом процесса послужило исковое заявление Владислава Ильченко, в котором он указал, что однокомнатная кв. №107 общей площадью 34 кв. м принадлежала Бывалину, но он ее продал.

В деле есть договор купли-продажи от 11.07.2005 г., заверенный частным нотариусом Киевского городского нотариального округа Оксаной Косенко. В суде г-н Ильченко заявил, что 150 тыс. грн. лично передал продавцу. "После заключения и удостоверения договора у нотариуса ответчик обратился ко мне с просьбой заняться вопросом снятия его с регистрационного учета (выписки), объяснив это тем, что не имеет на это времени, поскольку будет заниматься переездом из проданной квартиры в другое жилье.

Я согласился, чтобы не затягивать выселения ответчика, поскольку в ближайшее время намеревался сделать в приобретенной квартире ремонт и проживать там. Для того, чтобы я занимался вопросом снятия ответчика с регистрационного учета из вышеупомянутой квартиры, он в 11.07.2005 г. предоставил мне доверенность и нотариально удостоверенное заявление о снятии его с регистрационного учета на имя начальника паспортного стола Святошинского РУ ГУ МВД Украины в г. Киеве", — говорится в иске.

На основании вышеизложенного г-н Ильченко попросил суд устранить препятствия в осуществлении его прав собственности и выселить Бывалина из квартиры. Кроме договора купли-продажи, суду была представлена доверенность Бывалина на имя Ильченко, дающая последнему право от имени доверителя получать необходимые документы и справки, расписываться и "выполнять все другие действия", а также заявление Дмитрия Андреевича на имя начальника паспортного стола Святошинского райотдела милиции о снятии его с регистрационного учета. Оба документа заверены все той же г-жой Косенко.

Согласно справке из психиатрического диспансера №1 г. Киева, Бывалин "психически здоров". Поскольку г-н Бывалин во встречном иске указал, что все документы, касающиеся продажи его квартиры, поддельны, была назначена почерковедческая экспертиза. Старшие научные сотрудники Киевского научно-исследовательского института судебных экспертиз К.П.Куренко и В.В.Лисенкова, изучив заявление Бывалина на получение субсидий для возмещения жилищно-коммунальных услуг, его подписи под выплатой пенсий и ряд других документов, пришли к выводу, что именно он подписал договор купли-продажи и доверенность на имя г-на Ильченко.

Так что обвинять Святошинский райсуд и г-на Ильченко в том, что они каким-то образом "договорились", нет оснований. Однозначно можно утверждать только одно: либо г-н Ильченко действительно является добросовестным покупателем, а Бывалин его оговаривает, либо квартира была приобретена незаконно, однако поставить точку над "i" в этой загадочной истории можно только в рамках возбужденного уголовного дела по факту мошенничества.

Почему же милиция и прокуратура Святошинского района столицы никак не реагируют на этот очевидный факт? Та же милиция, например, 26 ноября 2006 года прислала Бывалину письмо, представляющее собой обычную чиновничью отписку, отказавшись возбудить уголовное дело по той причине, что между ним и г-ном Ильченко "возникли гражданско-правовые отношения". Правоохранители по существу умыли руки. А между тем причин для того, чтобы возбудить уголовное дело, более чем достаточно.

Члены кооператива, например, задаются вопросом: куда дел 150 тыс. грн. Бывалин, если он до сих пор гол как сокол? Положил на счет в банке или зарыл до лучших времен? По мнению членов кооператива, изучивших дело Бывалина, в него подшит не оригинал акта купли-продажи, а его копия.

Еще 25 июля 2005 года Бывалин написал официальное заявление на имя и. о. начальника ГУ УБОП МВД Украины С.В.Корнича о том, что г-н Ильченко не знает, не вел с ним никакой переписки, не выдавал ему никаких удостоверений на осуществление каких-либо юридических действий от его имени, не продавал квартиру и не получал деньги.

"11 июля 2005 года я из дому не выходил и ни с кем не встречался, даже не знаю, где находится тот нотариус, который засвидетельствовал договор купли-продажи", — сообщал г-н Бывалин. Точно такое заявление он написал в тот же день и на имя прокурора Святошинского района Киева В.М.Смитюх.

В заявлении в Святошинский райсуд от 21 августа 2005 года он также попросил вызвать в качестве свидетеля г-ку Р.Д.Гедзюк, работающую паспортисткой в отделе регистрации физлиц, которая могла подтвердить, что "некие лица" приходили к ней 20.07.2005 г. с его паспортом и другими документами и требовали снять Бывалина с квартирного учета, но суд не принял его во внимание.

В апелляционной жалобе в Верховный Суд он указал, что суды первой и второй инстанции так и не выяснили, где и когда Ильченко познакомился с ним, откуда тот узнал о продаже квартиры, как проходил ее осмотр и при каких обстоятельствах передавались деньги.

В суде г-н Ильченко объяснил, что о продаже квартиры узнал в фирме "Огни Киева", но не помнит, где она находится. Справку-характеристику и справку об оценке имущества выдают лишь владельцу, но Бывалин никогда не был в БТИ, и его квартира его работниками не обследовалась. Святошинскому райсуду были предоставлены 2 (!) оригинала свидетельства на право собственности на спорную квартиру (Бывалина и Косенко), а исследование, проведенное Апелляционным судом Киева, показало, что у Дмитрия Андреевича Бывалина был не оригинал, а "цветная фотокопия" этого документа. Этот более чем странный факт так и не получил должной оценки. Что касается почерковедческой экспертизы, то она, по мнению Бывалина, "была проведена необъективно".

В официальном заявлении в ГПУ г-н Бывалин сообщил, что психиатрической экспертизы не проходил, однако суд не вызвал на процесс в качестве свидетеля врача, поставившего подпись под этим документом. Кроме того, Дмитрий Андреевич утверждает, что инженер БТИ его квартиру не осматривал и никаких документов из этой организации он не получал.

Не укладываются в правовое поле и действия г-на Ильченко относительно насильственной установки двери в квартире Бывалина. Как явствует из официального постановления за подписью начальника госисполнительной службы Святошинского района В.А.Гаврилюк, отправленного 26 октября 2006 г. Ильченко и Бывалину, исполнительное производство по принудительному выселению последнего было приостановлено. Та же организация 6 ноября 2006 года уведомила г-на Бывалина, что "исполнительные действия по выселению 4 ноября 2006 г. не проводились". На каком же основании г-н Ильченко, грубо нарушив действующее законодательство, взломал дверь еще не принадлежащей ему квартиры и сдал ее внаем?

Нетрудно будет установить и молодых людей, выставивших за дверь пенсионера. В деле имеется договор аренды жилого помещения от 4 ноября 2006 года, подписанный с одной стороны Ильченко, с другой — Артуром Гелей, Алексеем Юрьевым и Владимиром Серветником, в котором отсутствуют какие-либо данные всех его участников, а на документе красуется круглая печать "субъекта предпринимательской деятельности Ильченко Владислава Леонидовича".

Согласно ксерокопии паспорта, принадлежащего Алексею Юрьеву, 1984 г. р., проживает он в г. Богуслав (в документе указан его точный адрес).

Нельзя не обратить внимание и на следующий факт. 21 ноября 2006 года Анастасии Мельницкой на ее домашний телефон позвонила неизвестная женщина и потребовала прекратить заниматься вселением Бывалина и снимать происходящее на видео. В противном случае, пригрозила она, к вам приедут и отберут видеокамеру.

На вопрос Анастасии "Вы мне угрожаете?" она загадочно посоветовала ей "быть внимательной".

Г-жа Мельницкая по этому поводу написала официальное заявление на имя начальника Святошинского райотдела милиции. Установить, кто и по чьей просьбе угрожал девушке, нетрудно, было бы желание.

В заключение следует отметить, что в Украине в последние годы ведется настоящая "охота" на квартиры одиноких престарелых граждан. Самый свежий пример — Львов, где местные сотрудники УБОПа арестовали членов преступной группировки, занимающейся отъемом квартир. Они в течение полугода держали в заложниках четырех местных жителей, спаивая их водкой. У каждого из них в свое время отобрали документы и мошенническим путем присвоили их квартиры, которые успели перепродать по нескольку раз. Бизнес на квартирах, судя по всему, очень прибыльный.

Тот же г-н Ильченко, например, якобы купил квартиру у Бывалина за 150 тыс. грн. (примерно 30 тыс. долларов), тогда как ее рыночная стоимость по самым скромным подсчетам составляет 60 тыс. долларов.

Владимир СЕНЧИХИН, "УИКЕНД"