Битва за Мосул: эксперт оценил последствия разгрома джихадистов в Ираке
Армия Ирака при поддержке антиджихадистской коалиции во главе с США проводит наземную операцию по освобождению крупного иракского города Мосул, находящегося под контролем боевиков террористической организации "Исламское государство". В составе коалиции в наступление идут солдаты иракской армии, ополченцы-шииты, курдские отряды пешмерга и другие при поддержке американских военных.
Насколько согласованными будут действия участников коалиции и какое будущее ждет Мосул после освобождения от ИГ, DW обсудила с экспертом по Ираку британского исследовательского института Chatham House Ренадом Мансуром.
Читайте: ИГИЛ терпит поражение: армия Ирака и курды отбили 20 сел за сутки
- В наступлении на Мосул принимают участие самые разнообразные силы, в том числе те, у которых кардинально разные интересы. Как это отразится на операции?
- Это внушает большую обеспокоенность как относительно предстоящей битвы, так и по поводу того, что будет происходить после нее. У этих разнообразных сил есть общая кратковременная цель - прогнать из Мосула боевиков ИГ, но в средне- и долгосрочной перспективах можно прогнозировать возникновение конфликтов между ними.
В операции участвуют силы, подконтрольные правительству Ирака: в частности, антитеррористические подразделения, подчиняющиеся премьер-министру Хейдару аль-Абади, и военные минобороны и министерства внутренних дел страны. Кроме того, в составе коалиции есть вооруженные ополченцы шиитских "народных мобилизационных сил" и солдаты пешмерга из Демократической партии Курдистана и Патриотического союза Курдистана. К ним примыкают также ополченцы из разных суннитских племен, подчиняющиеся разным политикам, например, бывшему губернатору провинции Найнава (Мосул - столица провинции – ред.) Атилу аль-Нуджаифи.
Все эти силы хотят изгнать ИГ из Мосула, но после этого не исключено наступление безвластия в этом стратегически важном городе. В этом заключается главная опасность.
- Вы упомянули уже много действующих лиц, но про турецкую армию пока речь не заходила. В то же время турецкие танки стоят на подступах к Мосулу, несмотря на протесты Багдада. Какую роль играет в этой ситуации Анкара?
- Президент Турции Эрдоган воспринимает Мосул как турецкую провинцию, такое представление произрастает из времен Османской империи. Посмотрите хотя бы на эскалацию его риторики в отношении иракского премьера Хейдара аль-Абади: по сути, он отказал Ираку в праве требовать от Турции вывода войск со своей территории! Анкара хочет убедиться, что после отступления ИГ в Мосуле возьмут власть дружелюбные по отношению к Турции силы. Анкара, вероятно, пока не будет выводить свои войска из региона, чтобы обеспечить свое влияние здесь в период безвластия.
Читайте: ИГИЛ с 2015 года потерял больше четверти контролируемых территорий в Ираке и Сирии
- Возникает вопрос, насколько вообще велико влияние иракских властей в Багдаде на ситуацию вокруг Мосула?
- К несчастью, иракское государство в лице правительства Хейдара аль-Абади довольно слабо. Премьер Ирака вынужден противостоять соперникам внутри шиитского лагеря, а заодно и внешним силам вроде уже упомянутой Турции. Мечась между этими фронтами, он пытается сохранить свою власть. В отношении Мосула это означает, что он постарается сделать так, чтобы подконтрольные ему подразделения первыми вошли в город.
- Каковы ваши прогнозы развития событий в Мосуле, учитывая все эти хитросплетения?
- Сложно предсказывать будущее Мосула, так как общего плана и видения будущего города не существует. Пожалуй, с уверенностью можно говорить о том, что боевиков ИГ удастся вытеснить из города, а затем в Мосуле наступит период безвластия. У различных сил есть совершенно разные представления о том, что должно происходить дальше. Начнется борьба за власть, и в лучшем случае с помощью переговоров удастся создать что-то вроде правил переходного периода. Но это будет проблематично, потому что у сторон очень много противоречий. Поэтому создается впечатление, что битва за Мосул будет длиться долго, а переговоры о будущем будут проходить параллельно с боями.
Читайте: За мгновение до взрыва: в Ираке полиция задержала 14-летнего смертника с поясом шахида. Видеофакт
- Одной из многих проблем Ирака является то, что суннитское меньшинство чувствует себя отстраненным от участия в принятии решений. Сейчас проводится военная операция по освобождению крупного города, населенного преимущественно суннитами. Какое значение это может иметь для потенциального суннито-шиитского примирения в стране?
- Похоже, вопрос восстановления доверия между суннитами и шиитами в Ираке является центральным. Важно понимать, что для суннитов битва за Мосул уже началась, так как боевики ИГ испытывают параноидальный страх перед тем, что их ожидает, и убивают жителей города, которых считают шпионами или коллаборационистами. Кроме того, по некоторым оценкам, около миллиона людей, преимущественно сунниты, вынуждены будут бежать из города.
Еще один важный момент: Мосул, в отличие от других городов, освобожденных от ИГ, не гомогенен. По крайней мере, раньше здесь проживали различные народности и представители разных религий. Все это дополнительно осложняет перспективы Мосула. Поэтому сейчас сложно давать оптимистическую оценку будущего этого города.