Если завтра война…

В "Большой политике" обсуждали планы Сталина дойти до Гибралтара

Вся жизнь вертится вокруг Евро, начал Евгений Киселев. Остальное отошло на второй план. А шведам так понравилось на Трухановом острове, что не хотят уезжать.

Пробросившись по прошедшим матчам и забитым голам, особо отметили забитый, но не засчитанный…

Сталин просто не успел

Спасение от политического безрыбья ведущий нашел, закинув удочку в историю, благо дата помогла – годовщина начала Великой Отечественной войны… В студии зазвучала "Рио-Рита", изображение стало черно-белым, а Олег Шак хриплым голосом запел. Киселев танцевать не стал, для этого была собрана компания статистов.

Ведущий признался, что 22 июня для него день личный – день рождения отца, которому сегодня исполнилось бы 100 лет. Всю свою жизнь он потратил на оборону страны. И отец бы похвалил сына за фильм, который тот в свое время снял о начале войны, о том, что Сталин планировал покорение Европы – до Дублина, Лондона и Гибралтара.

Были показаны смонтированные отрывки из фильма… План "Гром" до сих пор хранится с грифом "секретно". Гитлер сперва не намеревался нападать на СССР, а план "Барабароса" появился уже после захвата Парижа. Впрочем, Сталин о нем прекрасно знал… Войска были стянуты к границе, но они готовились не к обороне, а к нападению. Сталин просто не успел. Если бы он начал первым и отсек немцев от румынской нефти, он бы победил…

Не надо путать знания, с убеждениями

За круглым столом собрались сплошь историки. Россиянин Марк Солонин подтвердил, что крупная операция к западу от границ СССР планировалась, в подтверждение тому имеется 13 документов – они рассекречены и хранятся в Генштабе.

Юлия Кантор из Питера подвинула Солонина и предложила заглянуть в немецкие архивы: там нет никаких свидетельств, что Союз готовился к войне. Вы нашли другой план? – приставил дуло к уху Кантор Солонин.

В разговор включился Анатолий Чайковский: проектов может быть много, подайте мне официальный документ! Солонин напомнил, что у Сталина не было привычки подписывать документы…

Кантор явно хотелось стереть Солонина в порошок, но пока она ограничивалась отдельными, но регулярными шпильками… Почему вы так боитесь признать, что Союз планировал напасть на Германию? – удивился Киселев.

Не надо путать знания, с убеждениями, сослалась на Конфуция Кантор и напомнила, что по Финской войне документов уйма. Так что Солонин явно выдает желаемое за действительное.

Сталин в войне все битвы проиграл

Не все так просто с тоталитарными режимами, заметил Владислав Гриневич. Гитлер тоже не отдавал приказа начать Холокост. Зачем копья ломать? Дураком бы был Сталин, если бы не готовился к войне…

Ведущий припомнил нынешнего российского министра культуры, по совместительству попсового историка Владимира Мединского, которого интересует лишь патриотизм. Не его же нам слушать!

Тема войны – главная идеологическая тема последние полвека в России, поведал Андрей Окара. И не вина Жукова, утешавшего после жутких потерь, что мол, ничего, бабы нарожают, - это естественная жестокость системы. А Сталин отменил праздник 9 мая, потому что боялся народа.

Сталин в войне все битвы проиграл, заявила Кантор, и потому победа была не его.

Чайковский не пожелал пинать Сталина и предположил, что просто денег не имелось в карманах на праздники.

Нужно было свернуть веру народа в собственные силы, заметил доселе отмалчивавшийся Дмитрий Веденеев.

Агрессор или освободитель?

Из Лондона вышел на связь Виктор Суворов, в миру Резун, писатель-историк, заочно приговоренный в СССР к смертной казни. Он напомнил, что задача писателя – довести читателей до мордобоя. Во время обсуждений книг должны летать табуретки. Но в это вечер он предложил обойтись без рукоприкладства.

Суворов напомнил, что поломал судьбу себе, своим родственникам и друзьям, чтобы доказать одну вещь – Сталин готовился нанести удар по Германии. Но что в этом плохого? Это лучше, чем дружить с Гитлером. И Сталин выступил бы не как агрессор, а как освободитель.

Вот пакт о дружбе с Гитлером – это мерзость, заметил Суворов. А стукнуть его топориком – за милую душу!.. Днепр – это противотанковый ров, напомнил писатель. Надо было взрывать мосты, а вместо этого Сталин еще раньше разогнал Днепровскую флотилию…

Обложив Суворова-Резуна по полной, Кантор заметила, что война была неожиданностью только для одного человека – для Сталина… Наша дискуссия идет по принципу – говорим о том, что знаем, поежился Чайковский и поинтересовался у Суворова: а не жалеете о произошедшем? Киселев попытался съехать с темы предательства, но не удалось.

Первое восприятие гипотезы – это бред! - напомнил Гриневич. А лишь потом люди приходят к выводу, что это гениально. Подобное произошло с восприятием гипотез писателя Суворова… То есть он выступил интеллектуальным провокатором, пояснил Киселев.

Он изменил Советскому Союзу!

Я изменил Советскому Союзу, признался Суворов. Подполковник Путин принимал такую же присягу, но на баррикады не пошел, и предателем его не считают. А Суворов с Украиной двинули по одному пути, тем не менее въезд в Украину ему запрещен… А он завещал, чтобы после смерти его привезли в железном ящике именно на Украину, на его родину…

Суворов рассказал, как работал над темой, читая исторические документы, даже зрение потерял. Чем занимался Жуков перед войной? Никаких планов обороны у него не было…

Был показан фрагмент из фильма Киселева о боеспособности Красной армии. Да мы были вооружены до зубов! У Гитлера имелось менее 3, 5 тыс. танков, а у Сталина – 23 с лишним тысячи… Готовились к нападению, а к обороне оказались не готовы…

Суворов сообщил, что и план нападения на Германию имелся… Все это проекты, а не принятые решения, подняли гвалт Чайковский с Кантор. Последняя назвала Суворова аналитиком без документов, сидящим в Лондоне. И нечего ему утверждать, что Украина пошла по пути Суворова!.. Киселев припомнил Кима Филби: у нас – разведчик, у них - шпион.

В предоставленном последнем слове Суворов обратился с матери: когда он перемещается из Лондона в Сингапур, то летит над Черкассами и машет ей ручкой…

Едины по сути, но различны по воплощению

Окаре хотелось концептуальности и мессианства, и потому он отметил, что две системы не могли не столкнуться. Это феномен апофеоза эпохи модерна! – еще круче задвинул Окара, напомнив о идеократическом режиме Сталина, последовательно осуществлявшем идеократию.

Поначалу Америка оказывала помощь Германии, стоял на своем Чайковский, но Кантор предложила не уходить в эмпиреи. Потом она стала строчить со скоростью пулемета: режимы Сталина и Гитлера были едины по сути, но различны по воплощению.

Окара напомнил "шутку", что под Сталинградом столкнулись две ипостаси Гитлера – ницшеанско-вагнеровская и соцреалистическая… Советский Союз не помогал Германии, это было сотрудничество, заметила Кантор.

Киселев предположил, что результатом войны стала оккупация половины Европы, чем вызвал возмущение Чайковского – это было освобождение. Он же предложил не сваливать все на Сталина – решали на троих вместе с Черчиллем и Рузвельтом…

Разговор все глубже стал вязнуть в частностях, а пулеметный стрекот Кантор предавал ему все большую неудобоваримость. Солонин попытался уцепиться за листовки, которые швыряли с самолетов военнопленным, о том, что Англия поддержала Союз, и напомнил, что Сталин требовал от Черчилля 23 дивизий на подмогу.

Плох тот историк, кто устает от прямого эфира

Утихомиривая спорщиков, Киселев несколько раз намекал, что времени еще вагон и маленькая тележка, надо его чем-то занять, потому не стоит зря тратить силы, а то можно спечься и дискуссия заглохнет… И ведущий прошелся по нефутбольным событиям недели, перечень которых не обошелся без незасчитанного гола англичанам и оставления Блохина на посту тренера сборной…

Чтобы потянуть все то же время, были показаны голы в матче Германия – Греция, и уж тогда вернулись за круглый стол к жертвам сталинских репрессий. Киселев усомнился в искренности Путина, а Кантор призналась, что его не исповедовала. Потому решили ограничиться процессом Тухачевского.

В России нынче подогревается мнение, что заговор все-таки был. В частности благодаря фильму "Тухачевский. Заговор маршала", где упоминается, что Сталин был сотрудником царской охранки, а Тухачевский об этом знал… Чайковский тяжело задумался, подперев подбородок рукой.

Кантор призналась, что боится говорить, как было на самом деле, лучше ссылаться на документы. Принципиальной позицией Сталина была преданность, а Тухаческий был прагматиком… Юлия Зораховна оставалась единственная, как огурчик, в столь поздний час. Остальные, похоже, потухли, чему способствовала, в частности и ее неумолимая скороговорка.

Киселеву хотелось амбиций и планов Тухачевского, а Кантор парировала плохим солдатом, который не мечтает стать генералом. Тухачевский признавал, что в стране худо, но никакого заговора он не готовил. Не видать и немецкого следа в истории его ареста.

Армия рабов не способна на сопротивление

Почему в 41-м году произошло то, что произошло? – напоследок задал вопрос Киселев. Почему немцев встречали цветами?.. Окара начал вздыхать про антагонизм и субъективизацию, Беломор и Голодомор, воплощение Сталина, как Антихриста, и назвал вопрос о цветах риторическим.

Это был классический бунт на коленях, заявил Солонин, а армия рабов не способна на сопротивление. Сливание энергии и пассионарных идей продолжается и сейчас, шепотом воскликнул Окара.

Но Чайковский был непоколебим: общее зависит от конкретики, заявил он и попытался перейти на танки, чем вызвал раздражение Гриневича. Немцы дошли до Сталинграда, но не взяли, а советский солдат дошел до Берлина и взял! – стоял на своем Чайковский.

Проснувшиеся историки завелись по поводу довоенных тоталитарных режимов, а Веденеев принялся считать пленных. Он же подчеркнул, что во время Отечественной войны проявились рецидивы Гражданской.

Если бы не было 37-го, не было бы и 41-го, согласилась Кантор. А если бы не было 17-го? – вздохнул Киселев. Но Кантор продолжила приводить цифры, и остальные присоединились к ней в цифровом порыве.

Армия модернизовалась, а люди пришли от сохи, посетовал Гриневич, в общем опозорились и в Польше, и в Финляндии…

Враг вступает в город, пленных не щадя, оттого, что в кузнице не было гвоздя, подытожил Киселев, но пришпилил еще к программе репортаж из Штатов об Уотергейтском скандале и анонс нового фильма Владимира Молчанова о шахтерах, который будет показан в следующей "Большой политике"…