Запорізькі козаки на Кубані, або Українська мова над Чорним морем

12 хвилин
29,6 т.
Запорізькі козаки на Кубані, або Українська мова над Чорним морем

Из воспоминаний кубанского казака Федора Елисеева

Путинский режим атакует Украину с помощью идеологических претензий на украинское Причерноморье, которое, дескать, искусственно оказалось в Украине.

От слов – перешли к делу. Вот уже 7 лет как свершилась непризнанная миром аннексия Крыма. После закрытия каналов Медведчука, на телеканалах российского режима снова воцарилась вакханалия с призывами к войне, зазвучали слова о Новороссии. И через несколько месяцев стало понятно, что мы имеем дело с неординарной информационной атакой и стягиванием вооружения к Украине.

Но еще в 1998 году известный историк Игорь Сапожников выпустил монографию под названием "Запорожские и черноморские казаки в Хаджибее и Одессе", где в первых же строках пишет: "в последние годы добавился миф о Новороссии, согласно которому Северное Причерноморье развивалось по каким-то своим особым законам и настоящей Украиной как бы не является".

"В течении многих лет, по вполне понятным причинам, официальные историки скрывали и до сих пор продолжают замалчивать факты, которые неоспоримо свидетельствует о пребывании в Одессе именно украинских козаков, – писал он еще более 20 лет тому назад. – На основании анализа целого ряда фактов, мы пришли к выводу, что в освоении степных земель Буго-Днестровского междуречья, в частности окрестностей Хаджибея, в обустройстве самой Одессы особая роль принадлежала запорожским, а потом и черноморским казакам".

Но почему об этом не знают, не только одесситы, но и украинцы в целом, не говоря уже о россиянах? Почему эта история освоения казаками Причерноморья не рассказана Украиной?

Где публикации в прессе, информационные кампании с форумами, документальные и художественные фильмы о войнах казаков с турками? Как так получилась, что эта важнейшая тема для независимости Украины – не рассказана? Это вопрос уже ко всем нам.

А запорожцы, завоёвывавшие Причерноморье, как мираж растворились в истории, став почти мифическими персонажами из сказок. Но ведь еще столетие назад казаки правили Кубанью и продолжали свое дело – воевали с турками.

В этой связи особый интерес вызывает описание жизни потомков запорожских казаков – черноморцев на Кубани. Их оставил успешный боевой офицер, кубанский казак, Федор Елисеев (1892–1987). После Первой мировой в Турции и к окончанию Гражданской войны, закончившегося поражением для белых, в 1920 году 28 летний Елисеев командует уже тысячей конных казаков в должности полковника в Казачьей армии, которая действовала как часть Вооруженных Сил Юга России под командованием Деникина.

Человек незаурядной памяти и публицистического таланта – он зафиксировал последние годы жизни казачества на Кубани, в котором этнические украинцы играли, важнейшую, если не главную роль.

Запорізькі козаки на Кубані, або Українська мова над Чорним морем

Нынешние российские казаки во время открытия бюста Федору Елисееву в его родной станице Кавказской, Краснодарский край, декабрь 2020 года, через сто лет после изгнания его с родины большевиками.

Опираться на эти доказательства важно еще и потому, что сегодня вывеска казачества используется наследниками большевиков – путинским режимом, как инструмент атаки на народ Украины.

Атрибутика казачества стала основой для организации молодежных и общественных организаций, интегрированных в силовой блок путинского режима.

Большевики так и не покаялись в терроре против казачества. Улицы Ленина продолжают лежать на кубанских станицах. А "святые мощи" Ленина – на Красной площади. Зато наследники большевиков создали свое казачество.

Вот в каком духе пишутся их сегодняшние "воззвания". "В своё время на кубанский чернозем претендовали незаконные мигранты турки-месхетинцы, сейчас украинские нацисты – бандеровцы постоянно заявляют о претензиях на нашу территорию, турецкие реваншисты обозначают на своих картах Кубань как часть будущей "Османской империи", - пишет в своем обращении на сайте slavakubani.ru, атаман нынешнего Таманского казачьего отдела Кубанского казачьего войска И. В. Безуглый. По случаю Дня защитника Отечества / Советской армии.

"Мы, казаки, сделаем всё, а если потребуется, – отдадим свои жизни за то, чтобы не дать исполниться этим бредовым экстремистским планам. Но наш враг хитер, и он, осознавая то, что не имеет шансов одержать победу в открытом бою, старается между нами посеять вражду и внутренние раздоры, стравить нас и заставить, как сто лет назад, идти брата на брата. В надежде на то, что расколотая и ослабленная междоусобицами страна окажется легкой добычей для внешнего врага".

Видимо фильм Навального о домике в Геленджике посмотрело не мало людей и на Кубани.

Свидетельства Федора Елисеева

Но вернемся к воспоминаниям Федора Елисеева. И посмотрим, что он пишет о настроениях на Кубани в 1905 году, когда он сам учился в Майкопе, в механико-техническом училище.

Кубанский казак Федор Елисеев

"В это же время среди техников было и украинское движение, которому я тоже сочувствовал, но которого не понимал. Было постановление между техниками, что при встречах между собою говорить лишь "по-хохлацки".

Техники — казаки черноморских станиц — взялись за это дело пылко — пелись украинские песни, носились "в гопаке" обязательно "на вприсядку", читали "Кобзарь" Шевченко и лилась малороссийская речь.

"На присядках" мы с утра и на переменах носились по всему классу. Удивительная у меня была смесь политических мышлений. Я был свято предан Царю, считая его почему-то казаком, и в то же время стоял за союз казачества со всеми горцами Кавказа и Украины и отделение от России, отмежевание от русского легковерного мужика, но с Царём во главе.

Я находил, что смесь казачьей крови с горцами Кавказа даст очень воинственный элемент и мы будем велики. Я был помешан на черкесах, на кинжалах, на чевяках, на лезгинке, на осетинских войлочных шляпах и тут же, рядом "на сыних штанях", "красных чоботах", "варэниках", "гопаке".

Всё это меня разжигало, будоражило, приятно щекотало нервы… Всё это я культивировал в себе и уже тогда слыл "завзятым казаком". Я очень был заметен и в лезгинке, и в казачке среди всех техников".

Итак, как мы видим из этого свидетельства, национальное пробуждение украинцев столетней давности, в частности возвращение к украинскому языку, было массовым и на Кубани. Получается, не успел еще Ленин "придумать" Украину, а австрийский генштаб – украинский язык, а на Кубани уже читали "Кобзарь" Шевченко и лилась малороссийская речь.

Запорізькі козаки на Кубані, або Українська мова над Чорним морем

Кстати, сам Елисеев был не черноморцем, а казаком линейцем. Интрига в том, что на Кубани с 19 ст. было два основных вида казаков. Это черноморцы — выходцы из Украины, потомки запорожцев, именно так их часто называет и Елисеев. Они говорили на "черноморском", украинском, языке и составляли Черноморское казачье войско.

Одновременно с ними на Кубань поселили выходцев с Дона, с преобладающими русскими корнями, среди них — множество староверов. Так появилось Кавказское линейное казачье войско. В 1860 году два войска были официально слиты в Кубанское казачье войско. А весь 19 век они постепенно "отжимали" у Турции и местных кавказских народов в пользу Российской империи.

Елисеев сам не был черноморцем-запорожцем, но живо и интересно описал их образы и менталитет.

В 17 лет Федор Елисеев поступает в Екатеринодарский полк, который стоял в Екатеринодаре (сегодня Краснодар). Сам город основывался бывшими запорожцами. Но и через столетие, в начале 20 века, тут, по воспоминаниям Елисеева, "молятся" украинскими песнями.

"Я пел первым подголоском. Пел, прислушивался, улавливал новые и еще неведомые мне нотки этого "безнотного" казачьего пения в разных переливах. Пел и всей душой влюблялся в них, в этих простых и неискушенных казаков, которые в своих старо-казачьих песнях былого Запорожья открывали мне новый духовный мир и невольно переносили меня мыслью в далекое невозвратное Запорожское казачество. Все это у них выливалось в песнях так красиво и поэтично, потому что исходило из самых сокровенных глубин их души. Песни они "спивалы", то есть как бы молились своей казачьей отчизне, не отдавая отчета, в чем эта "отчизна" заключалась, но знали что она есть".

Вот что пишет Елисеев о различиях в ментальности черноморцев-запорожцев и линейцев, которые проявились во время кровопролитных сражений, которые вела российская армия в Турции во время Первой мировой войны.

"Наш полк, как полк линейных казаков, всегда был с уклоном на шик горцев Кавказа, а таманцы говорили так: "Мы таманьци… запорожци… Украина наша маты". Вот отсюда и вытекала разность психологии и быта этих двух полков одной бригады. Интересно, что подобная психология у таманцев исходила от многих старших господ офицеров, которые не только что с казаками, но и в жизни говорили на своем языке черноморского (запорожского) казачества".

Офицеры Кавказского казачьего полка в Турции, под Карсом, во время Первой мировой

"Пятая сотня 1-го Черноморского полка "весело ужинает" со своим командиром есаулом Левандовским. С запорожскими усами, в добротной черкеске и при оружии, сидя на бурках среди своих офицеров, отличным баритоном он запевает песни, и сотенный хор казаков дружно подхватывает их, словно перекликаясь с ним, со своим командиром. Поют казаки отлично и весело, будто и нет войны. Такое веселье да еще под выстрелы авангардного полка нам понравилось и удивило. В нашем полку этого не могло быть. В нашем полку царило священное сознание, что мы выступили на войну, каждый день несет опасность, поэтому надо быть всегда начеку и душу свою содержать в чистоте, в посте, так как над нею сейчас витает смерть. Офицеры-черноморцы войну понимали, видимо, иначе. Дух былого бесшабашного запорожского казачества глубоко сидел в их существе".

Историческая справка

Около 230 лет назад, в 1792 году, после Ясского мира Екатерина ІІ и Российская империя закрепили завоеванное у Турции побережье Черного моря, Крыма и Северного Кавказа с границей по реке Кубань. Тут можно вспомнить, что активную роль в закреплении Причерноморья в составе Российской империи — сыграл князь Александр Безбородко, происходивший из украинской старшины. Именно он во время переговоров с турками подписал Ясский мирный договор.

В 1792 году украинских казаков — на тот момент Запорожская Сечь уже 18 лет как разрушена. — Черноморское казачье войско (Войско верных казаков черноморских) с Днестра, Бессарабии, где они воевали с турками, переселяют на Кубань, некогда территорию Крымского ханства.

Первые казаки высадились с моря на Таманском полуострове. Сейчас к нему ведет тот самый Керченский мост из Крыма. Через два года было завершено строительство нового центра — Екатеринодара, сегодня Краснодар. Показательно, что 38-ми куреням присвоены традиционные запорожские названия. Считается, что за 50 следующих лет на Кубань переселилось около 100 тыс. украинцев.

И если выходцы из Украины поселились ближе к Азовскому морю и через Екатеринодар до Усть-Лабинской крепости, то донских казаков поселили дальше по реке Кубань, по оборонительной линии, дальше в сторону Каспийского моря.

Черноморские казаки, потомки запорожцев, на протяжении всего 19 столетия сохраняли свою ментальность. Вот что пишет Елисеев:

"Войсковой старшина Закрепа, старейший таманец, летами старше полковника Казарова. Это был красивый прообраз запорожской старшины и видом, и духовными качествами. Есаул мирного времени. Его сотня считалась лучшей в полку. С казаками он жил "позапорожски", и не только что с ними, но и со всеми он говорил только по-черноморски. Для казаков казенной копейки не жалел. Настоящими казаками, он считал, являются лишь черноморские казаки. Нас, линейцев, он не любил, находя их "неприродными казаками", искусственными".

Или вот фраза: "Станица очень старая и богатая. Название ее, "Корсунская", дышит далекой казачьей стариной Киевской Руси. Теперь праправнуки тех казаков — на Кубани".

Украинские песни кубанских казаков

Елисеев описывает сцену пленения белой Кубанской армии, когда в 1920 году, после ее сдачи в районе Сочи – Туапсе в гражданской войне, в плен красным сдалось около 35 тис казаков.

"Нам голодно. Мы "табором" густо сидим, полулежим на земле, прижавшись друг к друту у самого здания штаба коменданта порта. К вечеру похолодало. От безделья нам скучно.

— Давайте тихо запоем что-нибудь, — говорит Ваня Храмов, обращаясь к соседям.

У всех душа не для пения. Все молчат. Но он тихо, по-полковому затянул:

Зибралыся вси бурлакы…

Печально, тихо, словно боясь кого-то, некоторые офицеры вступили:

Тут нам любо, тут нам мыло,

В журби заспиваты (в журби — в грусти, в томлении).

Зачинщик Храмов, подбодренный, уже более громко продолжает:

Грай бо котрый на сопилкы,

Сумно так сидиты (сумно — скучно).

И уже большинство подхватили:

Шо диетця тэпэрь в свити…

И некоторые поющие кивком показали в сторону Крыма, а за этим уже более громко продолжили затяжно:

И чии-ж мы диты…

Эта бурлацко-казачья песня Украины так остро затрагивала наши души, что в нее вступили и остальные офицеры, числом свыше 50 человек.

Брат Андрей, не сдержавшись от переживаемых чувств, громко затянул своим баритоном:

Шо диетця тэпэрь в свити?..

Шо будэ потому (ударение на второе "о").

И — словно в успокоение самим себе — все громко подхватили:

Опричь Богу Единому (ударение на "о")

Нэ збисно никому (ударение на "о").

Пропели и замолкли. Слова этой песни полностью касались и нас теперь, а не только что былых казаков Малороссии", — пишет Елисеев.

Как видим, в такой драматический момент казаки Кубани пели песни на украинском языке.

Еще одну песню Елисеев приводит, описывая концерт казаков в тюрьме в Екатеринбурге.

"Скоро пришел ответ, что местная Чека дала право на концерт, но предварительно он должен ознакомиться с репертуаром песен, с их содержанием. Все песни были переписаны и представлены. И вот он вызывает меня и немного смущенно спрашивает:

— Можно ли в одной песне заменить слова вот эти — "пид московськым караулом у тюрьми" ?

Я его понял и отвечаю:

— Можно заменить словами — "пид турэцькым караулом".

— Вот спасибо Вам!.. А то, знаете, того могут власти придраться, — радостно отвечает он.

Спели и еще несколько песен Черноморского казачества. Спели и "Закувала та сыза зозуля"… С воинственным призывом спели "Рэвуть стогнуть горы":

Дэ ж вы славни Запорожци,

Сыны вольной воли,

Чом ныйдэтэ вызволяты —

Нас з тяжкой нэволи?!.

Все песни были явно контрреволюционные, с освободительным призывом "из неволи, из тюрьмы", в которой мы были. И как финальный призыв — Иодковский объявил последнюю песню "А вжэ лит бильш двисти, як козак в нэволи":

Гэй-гэй!.. выйды долэ из воды,

Вызволь мэнэ козаченька из биды!.."

Елисеев пишет про "демонический головной убор", от которого люди в станицах "разбежались бы в стороны с криками: "Черти!.. Черти идут!". Это буденовка. Ее история символична. Эти шапки были пошиты для царской армии в 1915 году для будущего торжественного парада в Константинополе и Берлине после ожидаемой победы в Первой мировой, за что в Турции воевал не щадя живота своего и молодой офицер, казак Елисеев.

Шапка была пошита в стилистике "шлема древнерусских витязей", эскиз создал художник Васнецов. Но "не так сталося, як гадалося" — желание Российской империи быть "владычицей морскою", высказанные в мечтах Достоевского о Константинополе, привело к противоположному результату — ее падению. Острые шапки вместо символа мирового господства стали олицетворением ужаса и террора для самих воинов империи, таких как Елисеев.

Свои воспоминания Федор Елисеев напишет в эмиграции и издаст в брошюрах в США в 1960-х. Трагически сложилась судьба его семьи - в гражданской войне расстрелян отец, убит родной брат офицер. После насилия со стороны чекиста, застрелилась сестра. Уже в 1930-их расстрелян второй брат офицер.

Родные братья Елисеевы с отцом

Сегодня из его воспоминаний составлены в книги "Казаки на Кавказском фронте", "С Корниловским конным", "Лабинцы. Побег из красной России", они оцифрованы и их можно найти в интернете.

***

И в эти же 60-ые в СССР на экраны выйдет культовый фильм советской детворы "Неуловимые мстители". В нем большевистская власть "с пеленок" будет учить детей шпионить, выдавать себя за другого, внедряться в логово врага. А сам этот враг частенько будет разговаривать с украинским акцентом, пить "горилку".

Фрагмент из фильма "Неуловимые мстители", 1966 год

Возможно, сегодняшние правители России учились врать именно по этому фильму, лишь бы "победить врага"? Чтоб на вопрос, звучал ли украинский язык над Черным морем – с исступлением врать и в этом.

Больше цитат из воспоминаний Федора Елисеева о казаках черноморцах, а также, о его личной судьбе – можно найти в блоге автора материала. https://cutt.ly/Dzk4PFd

Редакція сайту не несе відповідальності за зміст блогів. Думка редакції може не збігатися з авторською.

УкраїнаІсторія України