Вспаханное поле и посреди него гроб: родные рассказали о трагической гибели разведчиков и медика на Донбассе

91,5 т.
  • Кем были погибшие до войны на Донбассе

  • Что случилось в Зайцево в тот трагический день

  • Почему родные военнослужащих винят командование

Вспаханное поле и посреди него гроб: родные рассказали о трагической гибели разведчиков и медика на Донбассе

В июле на Донбассе трагически погибли морские пехотинцы Дмитрий Красногрудь, Ярослав Журавель и парамедик Николай Ильин. Несколько дней один из них истекал кровью, сепаратисты не давали возможности забрать воина. Родные Ярослава до сих пор считают, что его можно было спасти.

Подробнее о последнем бое украинских военнослужащих в материале OBOZREVATEL.

Спасти сержанта Журавля

Страшная трагедия в те июльские дни разыгрывалась на поле под Зайцево. Тяжело раненый боец, 40-летний Ярослав Журавель, так и не дождался помощи и умер под палящим солнцем.

Несколько дней вся его семья выслушивала по телефону обещания, что идут переговоры через ОБСЕ о спасении. Но никто его вытаскивать не собирался. Тело бойца потом нашли сепаратисты, которые с трудом, ломая пальцы погибшего, вынули из руки автомат.

Прощание с Ярославом Журавлем.

Отец Ярослава Сергей Журавель из села Андреевка на Днепропетровщине плачет в трубку, буквально по минутам рассказывая, что произошло с его сыном.

До войны они ездили на заработки за границу, нужно было спасать жену Ярослава Оксану. Буквально за два дня до свадьбы девушка с семьей попала в аварию, все погибли, а ее покалечило.

"Два с половиной года мы ставили ее на ноги, работали, где только могли, влезли в долги, нужно было все это отдавать. Я работал на Кипре, Ярослав – в России. Но Оксаночка родила нам двух прекрасных внучек – 17-летняя Людмила сейчас учится на психолога в Университете внутренних дел, а 11-летняя Ярослава пока в школе. Она занимается кикбоксингом, чемпион области, призер Украины", – делится Сергей, при этом голос его становится немного спокойнее.

Отец Ярослава Сергей Журавель считает, что сына можно было спасти.

Дочь Журавля пришла 24 августа на Марш в Киеве. Она прижимала портрет отца к груди и шла во главе одной из колонн. В глазах ребенка была ужасная печаль, трудно даже себе представить, что она пережила в те июльские дни, когда ее отец умирал у всех на глазах.

Дочка Ярослава Журавля – Ярослава – на Марше.

Защищать Украину Ярослав отправился добровольцем 27 марта 2014 года. Тогда уже семья расплатилась с долгами. И сбылась его мечта открыть у себя небольшую ферму – разводить нутрий. Но все хозяйство он оставил на отца, надеясь, что война не затянется так надолго.

Воевал в 93-й бригаде "Холодный Яр", во взводе разведки. Его командиром был Дмитрий Красногрудь. Тот самый, который 13 июля 2020 года первым погибнет под Зайцево.

"Летом 2019 года у Ярослава закончился контракт, он вернулся. Я думал, мы наконец-то заживем нормально. Дом, ферма, дочки подрастают. Но не тут-то было. Мне за три дня до отъезда, а матери – за два – он объявил, что снова уходит на фронт. Я ему говорил: "Хватит, сынок". Но он мне в ответ: "Отец, надо Димке (Красногрудю. – Ред.) помочь. Я буду разведчиков молодых обучать". Мать тогда буквально выла. Накануне она видела страшный сон и не рассказала сыну, потому что не знала, что он снова пойдет воевать. Она видела огромное вспаханное поле, а посреди него стоит гроб. Плохая примета", – снова плачет отец.

Ярослав опять вернулся на Донбасс, воевал в 137-й отдельной бригаде морских пехотинцев, возглавлял взвод разведчиков.

"Мой сын был жив"

13 июля, в 4:00, группа, куда входили командир Дмитрий Красногрудь, Ярослав Журавель, а также еще два молодых бойца Пецух и Конев, выдвинулась на выполнение задания.

"Это все я уже читал по отчетам. Задание было выполнено. Но Красногрудь сказал, что надо продвинуться еще на 300 метров. Тогда сын сказал этим молодым бойцам, мол, вы тут сидите, вы еще молоды, а мы старше, у нас семьи есть, мы сами пойдем. И пошли.

И через 15 минут раздался первый взрыв, вслед за ним второй. Через две минуты появляется Ярослав, весь в глине, без каски и говорит: "Димы нет, 200-й". Дима был опытный разведчик, сапер, как так получилось! Первым взрывом Диму откинуло на вторую мину. Он успел сказать Ярославу: "Мне оторвало ногу". Но он не знал, что у него уже не было половины головы, спины… Он умер. Тогда мой сын повел этих двух солдат другой дорогой, по пути снял две гранаты. Словом, спас их, вывел. Но командование дало приказ возвращаться за погибшим, они договорились с сепаратистами о коридоре. Хотя Дима уже был мертв. И сепары по-любому его бы отдали. Но тогда решили идти", – рассказывает отец Ярослава.

Ярослав (третий слева) с друзьями.

Тогда всем обмотали каски белым, дали белые повязки. Туда выдвинулись Журавель, Пецух, Конев и еще несколько человек.

"Ярослав был уже рядом с Димой, он видел его, но тут из кустов раздалась грубая ругань и начался обстрел. Пули прошили Ярослава. Его сразу записали в 200-е, думали, что он погиб. Еще одного из ребят ранило. И все разбежались, бросив раненого Ярослава там. Когда подняли в воздух дрон, то увидели, что Ярослав жив! Он был ранен в бедро. Он сам перетягивал себе рану чуть выше ранения и ниже, как их учили", – рассказывает Сергей.

Было принято еще одно решение. Для спасения Ярослава отправили медика Николая Ильина (Эстонца), Пецуха, Конева, Андрея Пидлисного. "На видео видно, что Пецух и Конев идти не хотели. У нашего дрона села батарея. Тогда сепаратисты подняли свой дрон. На этом видео видно, как Ярослав идет, опираясь на автомат, пробирается к своим позициям.

Ярослав Журавель справа.

Группа идет навстречу, но снова начинается обстрел. Все бегут, бросают Ярослава, Эстонца и Пидлисного. Ярослав ложится, передергивает автомат и ждет. Эстонец двигается и зовет Пецуха, но куда там! Никого нет. Потом видно, что Ярослав заметил Эстонца, он машет ему рукой. Но тут медик задевает растяжку – и раздается взрыв. Последними словами Эстонца были: "Боже, помоги мне его достать!" И снова начинается обстрел. Наше руководство не знало, куда надо стрелять, куда наводить, чтобы прикрыть ребят. Мой сын был жив, он несколько дней боролся за жизнь! Только 17-го сепары нашли его мертвым. Там были ребята, готовые пойти за ним и вытащить его, но командование так и не отдало приказ. А нас кормили обещаниями, что договариваются через ОБСЕ. Американцы за своим единственным солдатом отправляют авианосцы! А у нас…" – огорчается Сергей.

Скрывал от семьи, что воюет

В семье Дмитрия Красногрудя, который первым погиб 13 июля, никто не знал, что он служит на передовой. В армию он ушел в январе 2015 года, он был единственным сыном у родителей. У самого же Дмитрия осталась жена Юлия и двое сыновей 10-ти и 14-ти лет.

Дмитрий Красногрудь уверял, что учит молодых солдат на полигоне.

"Он никогда нам не рассказывал о том, что служит на передовой. Никогда! Для нас это было открытием. К нам 15 июля пришли люди из военкомата, я была в доме и услышала только последнюю фразу о том, что наш единственный сын погиб… И все, после этого ничего не помню. Мы были уверены, что он был на учебном полигоне, готовил молодых солдат. Он всегда нам так говорил", – вспоминает мама Дмитрия Людмила.

После школы Дмитрий со второй попытки поступил в автодорожный институт. Но, по словам мамы, у него не сложилось с черчением, возник конфликт с преподавателем из-за зачета, и его отчислили.

После этого он с отцом работал в районных электросетях. Дима снова пошел учиться заочно в этом направлении и получил даже два диплома. Отслужил в армии, после этого заключил контракт и прослужил в миротворческих войсках в Африке. А потом вновь вернулся к своей мирной профессии.

Дмитрий Красногрудь.

"Накануне своей гибели он позвонил нам и поздравил с праздником Петра и Павла. Я снова спросила, где он? Он ответил: "Ма, я там же, на полигоне", – вспоминает мама.

Даже свое ранение он родителям объяснял аварией на полигоне, мол, водитель в кювет съехал. Хотя после этого у него не функционировала рука и ему сделали две операции, установили пластину. Но Дмитрий снова отправился служить.

Не знали родители лично и Ярослава Журавля, хотя они с Дмитрием были боевыми друзьями.

"Уже когда после гибели приехали его ребята, привезли вещи, документы, мы узнали, что он был и под ДАПом, и под Луганском, в Марьинке, в Авдеевке, Трехизбенке. Говорили, что в тот день в разведку он не должен был идти. Но, наверное, молодых пожалел. Он шел впереди группы со щупом. И попал на мину. Первым взрывом его откинуло на вторую мину. Ребята считают, что, если бы не второй взрыв, может, он и остался бы жив. Говорят, что он успел сказать, что ему оторвало ноги. Но это какие-то секунды, потому что при таких ранениях вряд ли он мог говорить. У него раздроблены конечности, грудная клетка… Муж смотрел видео, ему показывали, а я не могу пока смотреть на все это", – сдерживая слезы, говорит мама.

Накануне гибели предчувствовал беду

Еще один погибший белорус, гражданин Эстонии Николай Ильин (с позывным Эстонец). Ему было 36 лет. Первый раз в Украину он приехал в 2006 году, после протестов в Беларуси, в которых участвовал. Получить украинское гражданство не удалось, он стал гражданином Эстонии и прожил там 10 лет. Когда началась революция в Украине, вернулся, служил медиком в 35-й бригаде.

Ильин служил парамедиком.

Парень владел пятью языками – белорусским, украинским, эстонским, английским, немного знал немецкий.

"Он был сильным и мужественным. Он всегда мне говорил: "Любава, солнце, чего бы ты ни хотела достичь, нужно себя заставлять и стремиться к своей цели. Он учился сам и сам себя развивал. В Украине он закончил курсы парамедиков и спасал военных", – рассказала нам его знакомая девушка Любава Наконечная.

Николай Ильин приехал в Киеве в 2006 году.

Девушка говорит, что накануне гибели он предчувствовал беду. "В два ночи он написал мне: "Мне очень плохо, солнце. Никогда не было такого чувства". Я набрала его и спросила, что случилось. Он говорит: "У меня почему-то плохое предчувствие". Я сказала, что молюсь за него перед Богом. Но так и не вымолила", – делится Любава.

Утром 13 июля Николай вновь набрал ее и сообщил, что должен идти на задание и спасать своих. Хотя не должен был этого делать. "Я ему сказала: не ходи, ты сдурел, это ловушка! Но он бросил трубку, успев только сказать: "Любава, у тебя все будет хорошо". Я перезвонила, но его номер уже был вне зоны", – добавляет девушка.

Ильин любил Украину.

А вечером 13 июля раздался звонок и незнакомый голос представился командиром Ильина Николая. "Вы Любава?" – спросил он. Я сразу закричала: "Что с Колей?" А в трубке тишина. Я поняла все, но продолжала кричать в трубку. Потом он сказал: "Любава, Коли Ильина больше нет. Он попросил, если что, то позвонить вам. Мы нашли ваш номер. Мы не знаем есть ли у него родные". У меня земля ушла из-под ног", – описывает тот день девушка.

Родители Николая живут в Беларуси. Однако у парня с ними были очень натянутые отношения.

"Я не знаю почему. Но он все время говорил, что удаляет все сообщения от них. Родители приезжали, чтобы попрощаться с ним", – говорит Любава.

УкраинаДонбасспогибли военные