Путин придумал новый статус для Донбасса - Боровой

Путин придумал новый статус для Донбасса - Боровой

Российский оппозиционный политик Константин Боровой поделился с "Обозревателем" своим мнением о последних событиях, активно обсуждаемых в украинских СМИ. В частности, он прокомментировал факт признания Кремлем так называемых "паспортов" "Л/ДНР", оценил мотивы и последствия подобного шага, спрогнозировал решение проблемы Крыма и востока Украины и порекомендовал украинской дипломатии включить в свою повестку дня вопрос о восстановлении ядерного статуса державы. Политик также оценил опасность вторжения России в Беларусь.

- Россия признала "паспорта" "ДНР" и "ЛНР". Как вы расцениваете подобный жест? Не считаете ли вы, что может идти речь о реализации абхазского сценария, где Россия также сначала признала паспорта, а затем и независимость региона.

- Цель уже несколько раз озвучивалась. Она состоит в том, чтобы каким-то образом впихнуть "ЛНР" и "ДНР" в Украину, и через этот инструмент поддерживать нестабильность в Украине.

Но, насколько я понимаю, проблема для Кремля состоит в том, что среди активной части бандитов, собственно, граждан Украины не так много. Им нужен статус. Статус гражданина Российской Федерации на территории Украины не предполагает возможность участвовать в выборах, участвовать в переговорах, быть участником политического процесса в Украине.

Фактически они придумали новый статус. Под этот статус теперь можно батальонами принимать граждан России, бурятов и всех, кого нужно принять.

Мне кажется, что это формальный повод расширить юридическую базу для решения главной задачи впихивания этих так называемых непризнанных "республик", а на самом деле просто бандитских анклавов, в территорию Украины.

- Не считаете ли вы, что это путь к признанию "ДНР" и "ЛНР" независимыми "государствами"?

- Тактика Кремля в таких случаях очень гибкая. Мы это видим на примере Абхазии, Приднестровья, Южной Осетии. Они объявляются независимыми "республиками", но их никто признавать не будет. Это, скорее, провокация спецслужб.

Я думаю, что все эти проблемы – и с Абхазией, и с Приднестровьем, и с Южной Осетией, и с Крымом, и с востоком Украины – будут решены со временем. Во всяком случае, в отличие от Абхазии проблема востока Украины заботит мировое сообщество. Вчистую оккупировать территорию так, чтобы в эту проблему никто не вмешивался, как это произошло в Абхазии и Приднестровье – с Украиной так не удастся. И это хорошо.

- Почему ситуация с Украиной отличается от других? Это связано с резонансом в мире вокруг этой темы?

- Я думаю, что произошло накопление информации, накопление конфликтов. Скажем, в случае с войной в Грузии в 2008 году была попытка европейцев просто умиротворить Россию, то есть остановить военные действия, не решая по существу возникшую проблему – проблему оккупации Абхазии, Южной Осетии. Соглашение Медведева-Саркози, которое тогда было достигнуто, было фактически соглашением только о прекращении военных действий, но никак не о прекращении оккупации.

В случае с Украиной слишком много международных соглашений было нарушено. Не только чужая территория была оккупирована, но еще и такие формальные соглашения, как, например, Хельсинкское соглашение о нерушимости европейских границ, Будапештский меморандум. В последнем случае были гаранты, которые, по существу, не смогли выполнить свои гарантии.

Это значит, что Украина, во всяком случае, формально, получила право восстановить свой статус ядерной державы. Я думаю, что это сейчас многих волнует. Включенность европейцев в этот процесс связана с озабоченностью развитием ситуации в этом направлении.

Кстати говоря, Украина действительно сейчас может потребовать восстановления ядерного статуса, поскольку не выполняется Меморандум. Международное соглашение не исполняется его гарантами.

- В Украине такие предложения от власти пока не звучат. По вашему мнению, насколько целесообразно было бы поднимать тему восстановления ядерного статуса с точки зрения интересов Украины?

- Это было бы нецелесообразно, что там говорить. Потому что породило бы целый ряд проблем и, возможно, санкции.

Но говорить об этом необходимо.

Я бы на месте украинских дипломатов перенес это в юридическую плоскость. Поскольку гарантии не исполнялись, возникает необходимость и возможность фактически денонсации Меморандума, восстановления статус-кво до заключения этого соглашения.

Формально, не провоцируя ситуацию, дипломаты могут поднимать этот вопрос.

- То есть это своеобразный шантаж?

- Почему шантаж? Есть международное соглашение, и оно не исполняется. Сейчас американцев и Россию волнует Соглашение о ракетах средней дальности. Россия фактически вышла из этого соглашения, вышли из него и Соединенные Штаты – так сказать, для обеспечения паритета.

Есть международное соглашение, которое называется Будапештский меморандум. Фактически Великобритания, Соединенные Штаты и Россия вышли из него. Из этого следует, что Украина де-факто получила возможность и право восстановления своего статуса.

Я не знаю, нужен ли Украине статус ядерной державы или Украине достаточно выполнения этого соглашения. Во всяком случае, в международных судах этот вопрос необходимо рассматривать.

Кстати говоря, Россия значительно активнее использует международные инструменты – дипломатические, политические, - чем Украина. Хотя страдающей стороной в результате агрессии выступает именно Украина – военные действия ведутся на ее территории, и захватываются территории не у России, а у Украины.

А активность международных институтов по всяким придуманным поводам демонстрирует Россия.

- Экс-советник Владимира Путина Андрей Илларионов в интервью изданию "Апостроф" сказал о том, что Беларусь – кандидат номер один на вторжение России. Как вы относитесь к таким оценкам?

- Мне кажется, что это все-таки некоторое преувеличение. Потому что де-факто Россия осуществляет полный контроль над Беларусью, над окружением Лукашенко. Комитет государственной безопасности Беларуси участвует и в политической, и в экономической деятельности страны. Он напичкан российской агентурой.

Это возможный сценарий. Маловероятный, но возможный. Но подобный сценарий возможен также в Сербии, в Черногории, где очень высокая активность российских спецслужб. Совсем недавно с помощью Главного разведывательного управления там была осуществлена попытка военного переворота.

С одной стороны, это маловероятный сценарий, но с другой, почему нет? Задача Путина – поддерживать нестабильность на европейском континенте. А это – создание дополнительного повода для будущих переговоров - с Соединенными Штатами, с Европейским союзом.

Российско-украинский конфликтЭксклюзивКонстантин Боровой