– Ирэна, судя по первым выходам "в свет" сразу после родов – вы в отличной форме! У вас есть какие-то секреты?

Видео дня

– В форме я буду месяца через 3–4. Хотя, считаю, не была в ней давно: пришла в мэрию, ожидая первого ребенка, через короткое время – новая беременность. Перед следующим ребенком перерыв будет больший. Свои секреты, конечно, есть: кик-боксинг, тренажерный зал и контроль за питанием. Хотя это не означает, что изнуряю себя диетами. Впрочем, я не очень сейчас озабочена своими формами. Материнство – важный шаг в жизни женщины, когда формы отходят на второй план.

– Так вы планируете третьего ребенка?!

– Если это и произойдет, то не так скоро.

– Предродовой отпуск вы провели в Европе. А рожали – в Киеве. Все-таки нашим врачам доверяете больше?

– Вопрос звучит так, что кто-то может подумать, что мне его оплатили и даже командировали. Просто были слишком жаркие зима и весна в связи с выборами, на которые я потратила много физических и моральных сил, а лето жаркое в прямом смысле.

Медицинские рекомендации и срок беременности позволяли оформить отпуск, и я уехала в Баден-Баден, потом на юг Франции – Канны, Ницца, Монако. А рожала в Киеве осознанно. Я, действительно, очень доверяю нашим врачам. Кроме того, здесь моя семья, родилась Моника, кстати, в том же родовом зале. Я и лежала в той же палате, что и с ней.

– Что уже умеют делать ваши малыши?

– Марк – все, что и положено по возрасту – ест, спит, плачет, когда его вовремя не покормят. А Моника уже активно разговаривает со мной по телефону, что для меня даже удивительно. Ведь еще совсем недавно она могла только слушать и...плакать. А еще она любит петь и танцевать, и очень усидчивая, в отличие от меня.

– Какова судьба взятой вами под опеку девочки?

– Ее удочерили киевляне – очень хорошая бездетная семья, несколько лет ожидавшая очереди на усыновление. Почти год понадобился, чтобы оформить все юридические документы. Семью контролирует управление мэрии по вопросам детей-сирот.

– Вы уже вышли на работу?

– А я фактически и не уходила, ежедневно курировала свои направления и принимала участие в решении разных вопросов. Декретный отпуск у меня заканчивается только 23 ноября.

– Вы довольны состоянием дел? По нашей информации, сейчас проблемы с надбавками пенсионерам, помощью малоимущим, зарплатами медикам, выплаты которым во время выборов производились очень активно.

– Правительство вообще собирается все льготы отменять в порядке антикризисных мер! Внеочередные и, на мой взгляд, незаконные выборы в Киеве изрядно потрусили бюджет. Кроме того, есть проблемы с бюджетом и по другим причинам – Киеврада долго не работал, в итоге не были получены деньги за аренду и продажу земли и имущества, которые были запланированы.

Но до конца года все долги в Киеве по соцвыплатам малоимущим и пенсионерам и доплатам медикам и педагогам будут максимально покрыты. Вообще, я вам скажу, что экономические проблемы в Украине – это лишь отчасти следствие финансового кризиса в мире. В большей степени – последствия работы бездарных политиков, начиная с 2005 года, и перманентный политический кризис во всех ветвях.

– По нашей информации, вы можете возглавить "Киевзем". Это так?

– Не исключено. Это станет понятным, когда я официально приступлю к работе. У нас взаимозаменяемость. Если кто-то из заместителей мэра уходит в отпуск или болеет, его направления курируют другие. Так было и в моем случае.

– Мэр говорил, что вы ушли с должности, не выдержав угроз со стороны милиции. Вас обещали "засадить"? Тащили на допрос?

– До выборов, во время и после мой телефон постоянно на прослушке. Это очевидно. И я передаю им приветы. Во всех управлениях, которые я курирую, были проверки правоохранительных органов. И проверяли не городские милицейские структуры, а министерские. Причем говорили, что "пока не накопаем на возбуждение уголовного дела, не уйдем". Тащить на допрос или обещать "засадить" меня невозможно. Я по образованию юрист и знаю законы. Мы обращались в суд, и во многих случаях решения были в нашу пользу.

– В связи с чем в июле вас вызывал следователь по экономическим преступлениям в Шевченковское РУВД?

– Я инициировала задержание мошенницы, вымогавшей крупные суммы денег от моего имени. Возбуждено уголовное дело. Ситуация была организована так, что мошенница пришла получать деньги в отделение "Правэкс-банка" в Симферополе, где была и задержана.

– Она имитировала ваш голос. Что, действительно, так похож?

– Я бы не сказала. Мошенница заметно картавит. Если уж мы о ней заговорили – она, экономя средства, часто писала СМС-ки, допуская множество грамматических ошибок, чего я – человек с двумя высшими образованиями – априори не могла допустить. И у адресатов должны были возникнуть сомнения.

– Входящий в десятку лидеров Украины "Правэкс-банк", где вы сделали блестящую карьеру, продан. Вам не жалко?

– Очень жалко. Ко всему, чем занимаюсь, я отношусь с душой. Уже работая в мэрии, я, если проезжала мимо и видела возле отделений "Правэкса" группку курящих возле входа и одетых не по форме, тут же звонила Степану Черновецкому.

– У вас был "дресс-код"?

– Да, белый верх, черный низ и никаких распущенных волос, если они ниже плеча. И обязательно – чулки или колготки, если женщина в юбке.

– Чем будет заниматься Степан Черновецкий после того, как снял с себя полномочия главы Наблюдательного совета?

– Точно не знаю, но это будет в области финансов и инвестиций. Зато знаю точно, что он вместе с Ольгой Богомолец будет крестным моего сына Марка.

– Будет ли Блок Черновецкого с кем-то входить в коалицию, если попадет в парламент? И будете ли вы в списках?

– Обязательно буду. Мне приятно, что вы не исключаете, что наш Блок попадет в парламент.

– Это мнение политологов, которые дают вам 3%.

– С первого захода наша фракция не будет, конечно, большой. Посмотрим, кто пройдет. Но нужно объединяться, чтобы выводить страну из кризиса, а не быть в оппозиции.

– То есть вы поддерживаете Тимошенко, предложившую всем объединиться?

– Если Тимошенко что-то и инициирует, то только в своих собственных интересах, а не для объединения страны.

– Уже несколько лет вы – миллионер. Как заработали первый миллион?

– В гривнях я давно задекларировала миллион. А заработала его в банке, занимаясь недвижимостью и ценными бумагами.

– Когда и как вы почувствовали, что стали богатым человеком?

– Когда впервые не постеснялась проверить счет в ресторане и отказалась платить за то, что не заказывала. Я и до того часто питалась в ресторанах, но не было внутренней уверенности пойти на то, чтобы кому-то указать на лишнюю пятерку в счете.

Понимаете, я могу подарить кому-то 100 или 1000 гривен, много денег трачу на благотворительность для конкретных людей, но меня расстраивает, если меня на ровном месте пытаются обмануть. Но считаю себя не богатым, а лишь хорошо обеспеченным человеком. Ведь представления людей о богатстве меняются. И миллион долларов 50 лет назад, наверное, "весил" больше, чем 100 млн долларов сейчас.

– Ударил ли экономический кризис по вашим личным финансам?

– В какой-то степени – да. Как я узнала от домработницы, десяток яиц стоит уже 10 гривен, не могу точно сказать, сколько их уходит в моей семье в месяц, но бюджет уже изменился. Понимаете, если миллиардер потеряет $200 млн, у него не поменяется качество еды, брэнды одежды, марки автомобилей и места отдыха. Ему просто будет досадно, и это отразится на его "эго". И я бы не назвала это катастрофой по сравнению с людьми, у которых доход 1000 грн, а они вместо 600 грн на еду теперь будут вынуждены тратить 800.

– Что вам не хватает для счастья?

– В силу возраста я не могу уже быть безмятежно счастливой, как это было в детстве, когда не осознаешь, что близкие и любимые люди могут болеть или "уходить", когда не сталкивалась с проблемами и считала, что если кто-то в мире голодает, так где-то там далеко, в Африке.

Сейчас меня многое радует – дети, работа, какие-то свои успехи, маленькие женские радости, как покупка кофточки или губной помады. Но если на улице почти каждый день видишь, как на мусорнике копаются люди с интеллигентными глазами, ощущения полного счастья уже быть не может.

– Есть ли поступок, за который вам стыдно?

– Такие поступки могут быть ежедневные и мелкие, а могут быть глобальные. Поскольку я очень верю в Бога и имею жизненный опыт, второй категории поступков я уже не допускаю. А по поводу ежедневных мелких – повысить голос, вспылить, – конечно же, мне стыдно, но я все равно в этом не признаюсь...