По карману ли Украине двухпартийность?

2,0 т.
По карману ли Украине двухпартийность?

В конце августа замглавы президентской Администрации Анна Герман, общаясь со собеседниками в Интернете, сделала важное заявление. «Я думаю, что Украина по мере продвижения путем демократического развития когда-то все-таки придет к двухпартийной системе по американскому образцу», - сказала она. И добавила: «Если бы их (партий) было две, как, например, в США или других странах, где две основные партии, которые поочередно находятся во власти - в США - демократы или республиканцы - то это (была бы) достаточно зрелая система демократии».

У не слишком искушенного в политике читателя может мелькнуть мысль – а не «ломится ли в открытую дверь» соратница президента? В конце концов, все годы независимости в Украине проводились президентские выборы, во втором туре которых гражданам приходилось выбирать между двумя достаточно поляризованными кандидатами. Ну чем не двухпартийность?

На самом деле, конечно, настоящей двухпартийностью все эти годы и не пахло. Если у действующих президентов (и их конкурентов) и были какие-то поддерживавшие их политические силы – то последние были либо просто слабые, либо – откровенно «вождисткие». Обреченные на забвение (или «переформатирование») порой не только после поражения своего лидера, но даже и после его победы.

Последняя же завоевывалась либо с помощью мощного админресурса (как у Кучмы в 1999 году), либо – мобилизацией широкого общественного движения недовольных (как у того же Кучмы в 1994-м, или у Ющенко десятью годами позже). Зато всем особенно памятны жалкие попытки Виктора Андреевича создать монолитную «оранжевую» партию, а потом – хотя бы сильную чисто президентскую силу. Итогом стал сначала критический раскол «помаранчевых» на «ющенковцев» и «тимошенковцев» уже осенью 2005 года, а потом и появление анекдотически-анархического образования по имени «Народный Союз - Наша Украина». Ныне доживающего последние дни в виде «тушек» и «вольных стрелков», не способных собрать даже кворума на собрании своей якобы парламентской фракции.

Одновременно у нас идет процесс слияния мелких партий с крупными. Точнее, если называть вещи своими именами – поглощение первых последними. Что, в общем, логично – никому из крупных политических игроков не хочется повторить судьбу вышеупомянутого НУНСа, официально состоящего из «конфедерации» независимых партий, не могущих договориться не только между собой, но порой и внутри себя. Правда, пока такое поглощение более заметно на «бело-голубом фланге», оппозиция все продолжает спорить, кто именно из нее самый оппозиционный. Тем более, БЮТ, бывший «главный поглотитель» оранжевой «мелочи» (вроде СДПУ (не-о) или ПРП) ныне находится в весьма неустойчивом состоянии в связи с процессом над Тимошенко. Чреватым ее весьма вероятной «отсидкой» и распадом этой чисто «вождисткой» политсилы в связи с обострившейся в ней борьбе за власть между ближайшими соратниками леди Ю.

Нет, чисто технически, организовать двухпартийную систему, как минимум, в парламенте – раз плюнуть. Правда, для этого надо обойти положение Конституции 1996 года насчет наличия «мажоритарщиков», которые, как известно, «сами себе режиссеры», «тушки», «золотые акции» и просто «партии одного депутата» одновременно. Конечно, и их текущей власти возможно организовать в некое подобие большинства. К сожалению, устойчивость этого большинства зависит от устойчивости власти. И чуть только «корабль» последней дает пусть небольшой, но «крен» – с него тут же начинают бежать «вольные стрелки», напоминая своим поведением хрестоматийных «крыс». Яркий пример тому – критическая для тогдашней правящей элиты неспособность собрать 300 голосов весной 2004 года для принятия политреформы, и перебежка значительной части провластных депутатов на сторону оранжевых сразу же после победы Ющенко.

Но, допустим, власть оставляет действующий закон о выборах без фундаментальных изменений порядка избрания народных представителей, оставляя таковой лишь по партийным спискам. Только делает «проходной барьер» на уровне 5, 7 а то и 10%. Это ведь даже не Конституцию менять – хватит простого большинства в Раде. Коммунисты с литвиновцами, конечно, за такой самоубийственный для них закон не проголосуют – зато, кроме «тушек», «регионалам» своими голосами могут помочь БЮТовцы. Тем более, что пару лет назад «бело-голубые» и «бело-сердечные» вполне серьезно рассматривали такой вариант избирательной системы, в рамках которой депутатские места реально имели бы только они. Вместе с парламентским большинством – при наличии даже всего лишь минимального относительного большинства голосов избирателей, благодаря «премии» за счет партий-аутсайдеров.

Особой трагедии для демократических принципов в этом нет – в конце концов, президенты у нас избираются де-факто по точно такому же принципу. Когда во втором туре немалая часть электората отдает голоса не за полюбившегося в первом туре «своего» кандидата – а того, кто из двух победителей кажется им «меньшим злом». Так что построить двухпартийную систему в Украине довольно просто. Вопрос в том, насколько она окажется лучше существующей? Для этого, пожалуй, стоит вспомнить мировой опыт, хотя бы среди признанных «китов демократии».

Несколько слов по истории «идеальной системы»

Начнем с США – раз уж именно их избирательную систему призвала взять на вооружение Анна Герман. Кажется, что чередование демократической и республиканской партий длилось там со времен обретения независимости. На самом же деле, по пути к нынешнему положению вещей американцы сломали сто-олько копий… «Ребрендинг» политических сил, изменение их идеологии на едва ли не противоположную – это еще полбеды. Например, первыми американскими партиями, созданными еще при Джордже Вашингтоне, была «Федералисткая» и «Республиканская». Первая выступала за сильный центр, вторая – за большую независимость отдельных штатов. Этакая американская «партия регионов» 18 века.

Именно «федералистами», кстати, был внедрен хорошо известный украинцам после 2005 года принцип «spoils system», «систему добычи» — практика продвижения и найма правительственных служащих, когда победившие на выборах президент или партия формируют состав государственных органов из своего окружения и своих сторонников. Естественно, увольняя их предшественников из проигравшей политсилы. Правда, даже во время официального действия этого правила далеко не все президенты устраивали среди госслужащих кадровые чистки украинского масштаба. А после убийства президента Гарфилда неудачливым претендентом на пост американского посла в Испании, которому отказали из-за отсутствия «партбилета», Конгресс в 1883 году принял закон Пэндлтона, фактически отменивший «spoils system», в пользу куда более прагматичной «системы заслуг». По которой у «бюджетников», за исключением «первых лиц» министерств, стали больше цениться профессиональные качества, а не близость к победившей партии.

Но правившая безраздельно до 1801 года федералисткая партия довольно быстро канула в Лету, проиграв выборы сопернику – Демократическо-республиканской партии. Да-да, именно с таким «двойным названием» – тогда отдельных частей этой силы еще не было. Самое интересное, что «демократо-республиканцам», очень скоро так понравилась власть в федеральном центре - что их деятельность стала чрезвычайно сильно походить на политику побежденных конкурентов-федералистов. Опять же, серьезной оппозиции у «супер-демократов» не было – отчего партийная дисциплина у них захромала, вплоть до полного раскола и образования уже чисто «демократической» партии. Которой пришлось противостоять просуществовавшей лишь до середины 19 века партии «вигов», взявшейся защищать права отдельных частей Союза.

Но вот в 1854 образовалась отдельная республиканская партия США – и демократы вновь стали выступать за права отдельных штатов. Главным образом, штатов южных – за их право сохранять рабовладение, беспошлинно ввозить импортные товары (что разоряло промышленность штатов северных) и т.д. А когда конфликт интересов различных частей США достиг апогея после избрания президентом в 1861 году республиканца Авраама Линкольна – грянули раскол единого государства на Север и Юг с гражданской войной между ними. Потери в которой с обеих сторон до сих пор превышают таковые во всех «внешних» войнах с американским участием, за всю историю их страны.

Хороший повод поразмышлять над ценой, заплаченной нашим заокеанским примером для подражания за свою двухпартийность. Особенно, с учетом многофакторной фактической расколотости Украины на Северо-Запад и Юго-Восток. И того, что все наши партии так же фактически являются «региональными», вне зависимости от декларируемой любви к «унитарности» или «регионализму». Кстати, после победы Севера в гражданской войне 1861-65 годов монополия на власть доминирующей там республиканской партии длилась, с незначительным перерывом почти полвека – демократы стали в этот период «вечной оппозицией».

Заодно хотелось бы сказать несколько слов о «старой доброй Англии», колыбели парламентаризма. Где, вообще-то, ныне насчитывается целых три, а отнюдь не две влиятельных партии (консервативная, лейбористская и либерально-демократическая) – но были времена и чистой двухпартийности, «вигов» и «тори», ставших предшественниками современных консерваторов и либералов. Истоки которых берут свое начало опять же, в горниле гражданской войны 1642-1649 годов, эпохе правления Кромвеля, «реставрации» Стюартов в 1661 году, их свержения в 1689-м… Потом английской аристократии с союзной буржуазией надоело проливать чужую и собственную кровь в таких масштабах (заодно теряя в ходе не менее масштабных конфискаций собираемую веками собственность) – и противостояние приобрело более мирный характер парламентских дебатов.

И все равно, без «обострений» не обходилось. Как например, в истории соперничества видных английских политиков начала 18 века, Боллингброка и Уолпола, представляющих «тори» и «вигов» соответственно. Сначала Уолпол, после отставки с поста военного министра, оправился в Тауэр (местную «Лукьяновку») по обвинению в «мздоимстве» (коррупции – по нашему), затем, когда «власть сменилась», уже Боллингброку пришлось срочно бежать во Францию, спасаясь от приговора к смертной казни по обвинению в «государственной измене». Правда, к старости изгнаннику (столь блестяще сыгранному Кириллом Лавровым в фильме «Стакан воды») удалось вернуться на родину, и даже пережить своего противника на 6 лет.

В общем, история развития зарубежной двухпартийности слегка напоминает известный анекдот.

– Как получить настоящий английский газон?

– Посеять траву – и тщательно подстригать ее триста лет!

Весь вопрос в том, есть у Украины даже не триста, а хотя бы десяток лет на эксперименты, чреватые эксцессами, упомянутыми выше…

«Разделяй и властвуй» – или «сливай и проигрывай»?

Но, допустим, процесс создания двухпартийной системы успешно завершился по самому благополучному для официального Киева сценарию. Тимошенко надолго выключена из политической жизни, во главе оппозиции становятся «обаяшка» Королевская или «камуфлированный интеллигент» Яценюк. После чего «вторая партия» успешно набирает в ходе выборов 2012 года необходимый для демократического имиджа Украины «миноритарный» кусочек депутатских голосов. Но ведь размер этого «кусочка» будет обратно пропорционален степени расколотости оппозиционных сил! Как минимум, «оранжевого» оттенка. Ну, пусть на первых выборах они еще померяются силами не только с властью, но и друг с другом – но уже на выборах следующих бизнесу надоест вкладывать деньги в заведомо провальные проекты. И тогда относительное большинство голосов избирателей может легко перейти от Партии Регионов к ее противникам, конвертируясь в абсолютное большинство депутатских мандатов.

Еще более проблематичной в рамках двухпартийности становится переизбрание нынешнего президента. Ведь особенностью украинской политической системы является непреложный закон: «Действующий глава государства всегда терпит поражение на выборах – если только его противник не представляется избирателям «большим злом». Не в силу каких-то особенных просчетов – а элементарно завышенных ожиданий граждан. Правительства то, как говаривал сэр Уинстон Черчилль, не могут превратить жизнь в рай – а лишь не дают ей превратиться в ад. Между тем, как любой претендент во власть именно «рай» после своего избрания избирателям и обещает.

Поэтому, если действующей власти противостоит мало-мальски «системная» и вменяемая оппозиция – ее победа предрешена. Так победил в 1994 году Кучма, так победили в 2004-м уже его. А выборы 1999-го Леониду Даниловичу удалось выиграть по российскому сценарию – выведя против себя во втором туре «несистемного» коммуниста Симоненко. Вернее, провластной пропаганде удалось слепить из него несистемный образ едва ли не «матерого ленинца, жаждущего загнать Украину в новые СССР и ГУЛАГ». Хотя, победи Петр Леонидович на рубеже тысячелетия – куда ему было бы деваться с лево-радикальными лозунгами? К российской «семибоярщине» Гусинского-Березовского при вечно пьяном Ельцине на поклон идти, что ли? Пришлось бы брать пример с молдавских товарищей-коммунистов, за 8 лет власти которых их лидер, президент Воронов, стал самым богатым олигархом страны, позабыв о плановой экономике и «социальной справедливости» а-ля большевики.

Так или иначе, но ни Чорновил, ни Мороз по известным причинам конкуренцию Кучме не составили – что означало бы почти стопроцентное поражение «гаранта». А вот в 2004-м такую удачную «многоходовку» на Банковой разыграть уже не смогли – и проиграли. Так ради чего нынешней президентской команде наступать на те же грабли, собственными руками взращивая себе выиграшного конкурента? Которым обречен стать даже самый «системный», «толерантный» и даже «карманный» лидер единой (и даже просто самой влиятельной) оппозиционной партии.

Идеальным вариантом для власти было бы дальнейшее проведение праволиберальных реформ одновременно с периодически заигрыванием с темами, вроде «повышения статуса русского языка». Первое способствовало бы росту популярности «маргиналов» образца КПУ на «розовом» Юго-Востоке страны, второе – «маргиналов» уже «свободовского» толка. В результате чего во второй тур проходил бы вместе с Януковичем либо Симоненко, либо Тягнибок. После чего, скрепя серце, или Галичина отдавала бы свои голоса «против проклятых коммуняк», или Донбасс с Крымом готов был бы смириться с продолжением «непопулярных реформ» ради того, чтобы к власти не прорвались «проклятые бандеровцы». Главное, официальному Киеву не переборщить с вышеуказанными мерами – а то, не ровен час, во втором туре президентских выборов 2015 года могут оказаться коммунисты против национал-социалистов…

В общем, неблагодарное это дело – построение двухпартийности. Если конечно, оно ведется не из чисто академического интереса «быть похожими на США» – а ради сохранения власти собственной партии, хотя бы во имя политической стабильности. Последнюю, кстати, демонстрирует не только Америка, но и куда близкая Россия. Там в Думе сейчас 4 партии – и только одна из них, коммунистическая, оппозиционна, да и то весьма условно. А «Справедливая Россия» с ЛПДР на самом деле такие же «медвепутинцы», как и «Единая Россия» – только более «левого» и «правого» толка соответственно.

Правда, судя по всему, Кремль в последнее время беспокоит, что политическая клоунада Жириновского уже не привлекает достаточное количество сторонников либеральной псевдооппозиции. Посему для них спешно создали партию «Правое дело» под руководством олигарха Прохорова – с прилагающимся в подобных случаях медиаресурсом на насквозь цензурных центральных телеканалах. Но представить себе поглощение нынешней парламентской якобы оппозиции единой партией власти – и способствование образованию реальной либеральной и прозападной альтернативы в духе Явлинского или Немцова как-то не получается. Хотя рейтинги Путина издавна являются предметом недосягаемой зависти украинских политиков.

Так что, похоже, очередному заявлению Анны Герман уготована судьба многих других ее заявлений – служить признаком наличия «особого мнения» в относительно единой правящей команде. А настоящая двухпартийность, похоже, пока Украине в ближайшем обозримом будущем явно «не по карману»…

Парламентские выборы-2012